Написать комментарий...
SinoConsulting
10 years ago

2010-08-17 15:30  В г. Чэнду появились на свет большие панды-близнецы

Большая панда по кличке Юаньюань в Чэндунском исследовательском центре по разведению больших панд /пров. Сычуань, Юго-Западный Китай/ вчера вечером успешно произвела на свет двух детенышей-близнецов мужского пола, которые весят соответственно более 203 и 118 граммов. Это вторые роды Юаньюань, состояние здоровья мамаши и ее детенышей нормальное.

По состоянию на 15 августа количество больших панд в названном центре уже достигло 92 особей.
http://russian.china.org.cn/news/txt/2010-08/17/content_20728825.htm

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

17.08.2010, 07:52 Нашего хочу! ("Невское время", Санкт-Петербург)

В глубоком детстве моя мама несколько лет прожила в Китае. Ее отец был одним из ведущих инженеров-гидростроителей СССР, и в его светлой голове нуждались не только на советских плотинах Сибири и Дальнего Востока, но и в дружественных соцстранах. Так дедушка с семьей оказался в Китае. Возвращаясь из длительной командировки домой в Ленинград, они с бабушкой привезли оттуда кое-какие вещи. Одна из них навсегда врезалась в мою память.

Это была невероятная фарфоровая двойка: заварочный чайник с загнутым на восточный манер длинным тонким носиком на круглом плоском подносе с бортиком. Чайник был желтым, с крошечными малиновыми бутонами на фисташковых веточках. Последние изящно вплетались в замаскированные под узор голубые иероглифы. Невероятный чайник! В детстве мне не разрешалось к нему прикасаться - слишком хрупкая была вещица, чтобы давать ее в руки ребенку.

«Это же китайская вещь!» - торжественно подняв вверх указательный палец, сообщала мне бабушка всякий раз, когда я проявляла к нему интерес. К счастью, любоваться чайником на расстоянии не запрещалось, и я часами разглядывала замысловатые загогулины, наслаждаясь невиданной доселе яркостью красок. Позже, оставшись дома одна, я таки рассмотрела этот шедевр «руками». На обратной стороне блюдца имелся бордовый штамп: «Made in China». И я воображала, какая же красивая, должно быть, жизнь в этой самой «Чайне», где даже чайники - целые произведения искусства! Словом, я четко уяснила с детства: фраза «Сделано в Китае» - синоним высочайшего качества.

Уже не помню, когда и как произошел в моем сознании полный перевертыш. Не помню, сколько понадобилось лет, покупок и разочарований, прежде чем, унимая ревущего ребенка, игрушка которого сломалась через полчаса после ухода гостей, я начала увещевать его все той же бабушкиной фразой: «Это же китайская вещь!» Только с совсем другой, утешительно-примирительной интонацией. Мол, чего от нее ждать? В лучшем случае она быстро сломается, в худшем - вызовет аллергию или будет выброшена после вскрытия упаковки из-за подозрительного химического запаха.

Я знаю, что на этом месте многие захотят мне возразить: не все китайские товары одинаково некачественны. Да, я в курсе, что существует огромная разница между фабричным и кустарным «китаем». Я также прекрасно понимаю, что Китай одевает, обувает, развлекает и кормит едва ли не весь мир. И что перед соблазном воспользоваться дешевой, послушной и безотказной рабочей силой этой страны не могут устоять даже самые известные европейские производители. Безусловно, при этом европейцы контролируют производство, сами чертят схемы и лекала, проводят сертификацию качества и прочее-прочее. А потом судятся с другими китайскими производителями, которые вдруг разработали совершенно такую же модель чего бы то ни было. Бизнес есть бизнес - тут действуют свои законы, и это в общем-то понятно.

Но мне непонятно другое: как объяснить ребенку, почему «все вокруг китайское» и почему мы не можем покупать вещи, на которых было бы написано «Сделано в России».

Сегодня на форумах в интернете люди обмениваются советами, как обойтись без китайских товаров и где искать им альтернативу. «Нет российских носков? Покупайте украинские или белорусские. Если в продаже только китайский текстиль - старательно ищите турецкие рубашки, джинсы и трусы. Ведь получилось же прожить год без китайских товаров у американской тетки!» - консультирует один из пользователей Сети тех форумчан, которые хотели бы поддержать отечественного производителя, но не могут найти его товаров.

...Пока я писала эту колонку, у сына стряслась очередная «трагедия» - вышел из строя купленный вчера водный пистолет. Для отдыха на море это - прекрасная игрушка. Но российских или каких-либо иных аналогов китайским водным стрелялкам на курорте нет. Приходится покупать имеющиеся - с надеждой на то, что такая игрушка прослужит хотя бы неделю-другую.

- Есть хоть что-нибудь на свете, что сделано не в Китае?! - в сердцах восклицает расстроенный сын и доламывает некачественную игрушку.

- Есть, - отвечаю я с улыбкой, - ты сделан не в Китае. Ты и твои друзья. И когда вы станете большими, вы сможете что-то изменить в этом мире. Возможно, даже сумеете сделать так, что ваши дети и внуки не будут задавать вам подобных вопросов. А штампик «Сделано в России» можно будет найти на самых разных товарах отменного качества. Во всяком случае, мне очень хочется в это верить...
http://rus.ruvr.ru/2010/08/17/16061082.html

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

17 августа 2010 в 17:43 География китайской мощи

В конце своей статьи "Географическая ось истории", опубликованной в 1904 г. и получившей мировую известность, сэр Халфорд Макиндер выразил особое беспокойство в отношении Китая. Объяснив, почему Евразия является силовым геостратегическим центром мира, он высказал предположение, что китайцы, если они смогут распространить влияние далеко за пределы своей страны, "способны превратиться в желтую опасность для мировой свободы. И как раз по той причине, что они соединят с ресурсами громадного континента протяженную океанскую границу - козырь, которого была лишена Россия, хозяйничавшая в этом осевом регионе прежде".

Вынося за скобки расистские настроения, обычные для начала XX века, а также истерическую реакцию, которую всегда вызывает на Западе появление могучей внешней силы, можно сказать, что Макиндер тревожился не зря. Если такой евразийский исполин, как Россия, был и до сих пор остается главным образом сухопутной державой, чья океанская граница блокирована арктическими льдами, то Китай сочетает в себе признаки державы и сухопутной, и морской. Его береговая линия протянулась на девять тысяч миль, изобилует удобными естественными гаванями и пролегает в зоне умеренного климата. (Макиндер даже предупреждал о том, что Китай когда-нибудь завоюет Россию.) Потенциальная зона влияния Китая простирается от Центральной Азии с ее богатейшими запасами полезных ископаемых и углеводородного сырья до основных морских путей, пересекающих Тихий океан. Позже в книге "Демократические идеалы и реальность" Макиндер предсказывал, что в конечном счете Китай будет править миром наряду с Соединенными Штатами и Великобританией, "построив для четверти человечества новую цивилизацию, не вполне восточную и не вполне западную".

Выгодное географическое положение Поднебесной настолько очевидно, что о нем не всегда вспоминают, говоря о стремительном экономическом прогрессе этой страны и напористом национальном характере китайцев. И все же это не следует забывать, поскольку рано или поздно география обеспечит Китаю ключевую роль в геополитике, каким бы извилистым ни был его путь к статусу мировой державы. (В течение последних 30 лет годовой прирост китайского ВВП превышал 10 %, но в следующие три десятилетия едва ли можно ожидать таких же темпов.) Китай сочетает в себе элементы предельно модернизированной экономики западного образца с унаследованной от древнего Востока "гидравлической цивилизацией" (термин историка Карла Виттфогеля, используемый применительно к обществам, практикующим централизованный контроль над орошением почвы).

Благодаря управлению из единого центра китайский режим способен, например, вербовать миллионные трудовые армии на строительство крупнейших объектов инфраструктуры. Это и сообщает Китаю неуклонное поступательное развитие - подобных темпов попросту нельзя ожидать от демократических государств, которые привыкли неторопливо согласовывать интересы своих граждан. Китайские лидеры формально считаются коммунистами. Но в том, что касается заимствования западных технологий и практики, они - преемники примерно 25 императорских династий, правивших в стране на протяжении четырех тысяч лет и встраивавших западный опыт в жесткую и развитую культурную систему, которая обладает, помимо всего прочего, уникальным опытом навязывания вассальных отношений другим государствам. "Китайцы, - сказал мне в начале этого года один сингапурский чиновник, - умеют добиваться своего и пряником, и кнутом, систематически чередуя оба метода".

Внутреннее развитие Китая питает его внешнеполитические амбиции. Империи редко строятся по готовому проекту, их рост происходит органически. Становясь сильнее, государство культивирует новые потребности и, как это ни парадоксально, новые опасения, побуждающие его так или иначе расширяться. Так, даже под руководством самых бесцветных президентов конца XIX века - Резерфорда Хейза, Джеймса Гарфилда, Честера Артура, Бенджамина Гаррисона - экономика Соединенных Штатов устойчиво и ровно развивалась. По мере того как страна увеличивала объем торговли с внешним миром, у нее возникали разносторонние экономические и стратегические интересы в самых отдаленных уголках света. Иногда - как, например, в Южной Америке и в Тихоокеанском регионе, - этими интересами оправдывалось военное вмешательство. В это время американская администрация еще и потому могла сосредоточиться на внешней политике, что внутри страны положение было прочным, - последнее крупное сражение индейских войн датируется 1890 годом.

Сегодня КНР укрепляет сухопутные границы и направляет свою активность вовне. Внешнеполитические амбиции эта страна проводит в жизнь столь же агрессивно, как столетием раньше - США, но по совершенно иным причинам. Пекин не практикует миссионерский подход к внешней политике, не стремится утвердить в других странах собственную идеологию или систему правления. Нравственный прогресс в международной политике - цель, которую преследует Америка; китайцев эта перспектива не привлекает. Поведение Срединного царства по отношению к другим странам целиком продиктовано его потребностью в поставках энергоносителей, металлов и стратегического сырья, необходимых для поддержания постоянно растущего жизненного уровня гигантского населения, которое составляет примерно одну пятую населения земного шара.

Чтобы решить эту задачу, Китай построил выгодные для себя сырьевые отношения и с соседними, и с удаленными странами, - со всеми, кто обладает ресурсами, в которых он нуждается для подпитывания роста. Во внешней политике Китай не может не исходить из основополагающего национального интереса - экономического выживания, и поэтому мы вправе охарактеризовать эту страну как сверхреалистичную, сверхпрагматичную державу. Отсюда стремление упрочить присутствие в различных частях Африки, где находятся большие запасы нефти и полезных ископаемых, обезопасить транспортные пути в Индийском океане и Южно-Китайском море, связывающие побережье страны с арабо-персидским миром, который столь богат углеводородным сырьем. По существу лишенный выбора в своих действиях на международной арене, Пекин не особенно заботится о том, с какими режимами ему приходится иметь дело; в партнерах ему нужна стабильность, а не добропорядочность, как ее понимает Запад. А поскольку некоторые из этих режимов - скажем, Иран, Мьянма (известная также как Бирма) и Судан, - погружены во мрак отсталости и авторитаризма, неустанный поиск поставщиков сырья, который Китай ведет по всему свету, порождает конфликты между ним и Соединенными Штатами с их миссионерской ориентацией. Существуют трения и с такими странами, как Индия и Россия, в чьи сферы влияния Пекин пытается проникнуть.

Разумеется, он никак не угрожает существованию этих государств. Вероятность войны между Китаем и США незначительна; китайская армия представляет для Соединенных Штатов лишь косвенную опасность. Речь здесь идет главным образом о вызове географического свойства - несмотря на принципиальные разногласия по вопросам внешнего долга, структуры товарообмена или глобального потепления. Зона китайского влияния, формирующаяся в Евразии и Африке, постоянно растет, причем не в том поверхностном, чисто количественном смысле, какой придавали этому понятию в XIX веке, а в более глубоком, отвечающем эпохе глобализации. Преследуя простую цель - надежно удовлетворить свои экономические потребности, Китай сдвигает политическое равновесие в сторону Восточного полушария, и это не может не затрагивать самым серьезным образом интересы Соединенных Штатов. Пользуясь удобным положением на карте мира, Китай распространяет и расширяет свое влияние везде и всюду - от Центральной Азии до Южно-Китайского моря, от российского Дальнего Востока до Индийского океана. Эта страна превращается в мощную континентальную державу, а политику таких государств, согласно знаменитому изречению Наполеона, нельзя отделить от их географии.

Пограничный болевой синдром

Синьцзян и Тибет - два наиболее значимых региона в пределах китайского государства, чьи жители смогли сохранить самобытность, устояв перед преимущественным положением китайской цивилизации. В известном смысле именно самобытный характер и той и другой области делает Китай похожим на империю. Кроме того, этническая напряженность в обоих регионах осложняет отношения Пекина с прилегающими к ним государствами.

"Синьцзян" означает "новое владение"; так называется китайский Туркестан, самая западная китайская провинция, в два раза превосходящая по площади Техас и отделенная от центральных районов страны пустыней Гоби. Хотя государственность Поднебесной в той или иной форме насчитывает тысячелетия, Синьцзян официально стал ее частью лишь в конце XIX века. С тех пор история этой провинции, как заметил еще в прошлом веке английский дипломат сэр Фицрой Маклин, "была исключительно неспокойной"; Синьцзян то и дело восставал и временами добивался полной независимости от Пекина. Так продолжалось вплоть до 1949 г., когда коммунистические войска Мао Цзэдуна вторглись в Синьцзян и силой присоединили провинцию. И тем не менее сравнительно недавно, в 1990 г., и в прошлом, 2009 г., ее тюркское население - уйгуры, потомки тюркских племен, правивших в VII-VIII вв. Монголией, - восставало против пекинского режима.

Уйгуров в Китае насчитывается лишь около восьми миллионов - менее одного процента от общей численности населения, однако в Синьцзяне их 45 %, почти половина. Основной этнос Китая, народность хань, населяет плодородные низменные регионы в центре страны и на побережье Тихого океана, тогда как засушливые плоскогорья на западе и юго-западе являются историческими местами обитания уйгурского и тибетского меньшинств. Подобное распределение населения остается источником постоянной напряженности, поскольку Пекин считает, что современное китайское государство должно осуществлять в горных районах жесткий и безраздельный контроль. Стремясь прочно привязать к себе обе области - вместе с запасами нефти, природного газа, медной и железной руды, которые находятся в их недрах, - Пекин на протяжении нескольких десятилетий целенаправленно переселял туда ханьцев из центральных областей. Кроме того, он усердно заигрывал с независимыми тюркскими республиками в Центральной Азии - отчасти для того, чтобы лишить мятежных синьцзянских уйгуров всякого потенциального тыла.

Налаживая связи с правительствами центральноазиатских республик, китайское руководство преследовало и другую цель - расширить зону своего влияния. Китай глубоко проник в Евразию уже сейчас, но этого все еще недостаточно для удовлетворения его потребности в природных ресурсах. Влияние Пекина в Центральной Азии символизируют два крупных трубопровода, строительство которых близится к завершению: один пролегает через Казахстан и предназначен для снабжения Синьцзяна нефтью, добываемой в Каспийском море; по другому, проходящему через Казахстан и Узбекистан, в Синьцзян будет поступать природный газ из Туркмении. Мало того: острая нужда в природных ресурсах заставляет Пекин пускаться в довольно рискованные предприятия. В истерзанном войной Афганистане он ведет разработку месторождения меди, находящегося к югу от Кабула, и давно присматривается к запасам железа, золота, урана и драгоценных камней (одни из последних в мире нетронутых залежей). Пекин рассчитывает проложить в Афганистане и в Пакистане дороги и трубопроводы, которые свяжут многообещающий центральноазиатский регион, где он утверждает свое господство, с портовыми городами на берегу Индийского океана. Так что в стратегическом плане географическое положение Китая только улучшится, если Соединенным Штатам удастся стабилизировать ситуацию в Афганистане.

Тибет, как и Синьцзян, играет принципиальную роль для государственного самосознания китайцев, и, подобно Синьцзяну, осложняет взаимоотношения Китая с другими государствами. Скалистое Тибетское нагорье, богатое железной и медной рудой, занимает колоссальное пространство. Именно поэтому Пекин испытывает все большую тревогу в связи с возможностью автономии Тибета, не говоря уже о полной его независимости, и с таким усердием строит шоссе и железные дороги, связывающие этот регион с другими частями страны. Если бы Тибет отделился, от Китая осталось бы лишь куцее охвостье; к тому же Индия в этом случае резко усилилась бы на субконтиненте за счет присоединения северной зоны (речь идет о спорных районах в принадлежащем Китаю Кашмире, а также об индийском штате Аруначал-Прадеш, которые по площади составляют почти 150 кв. км. - Ред.).

Индия с ее более чем миллиардным населением уже сейчас рассекает тупым клином зону китайского влияния в Азии. Это особенно хорошо видно на карте "Великого Китая", помещенной в книге Збигнева Бжезинского "Большая шахматная доска" (1997). В известной степени географическое положение Китая и Индии действительно обрекает их на соперничество: страны-соседи с гигантским населением, богатейшими и древнейшими культурами давно притязают на одни и те же территории (например, индийский штат Аруначал-Прадеш). Проблема Тибета только осложняет ситуацию. Индия предоставила убежище правительству далай-ламы, с 1957 г. находящемуся в изгнании. Даниель Твайнинг, старший научный сотрудник Германского фонда Маршалла, считает, что недавние инциденты на китайско-индийской границе "могут объясняться беспокойством Китая по поводу преемника далай-ламы". Ведь вполне вероятно, что следующий далай-лама окажется родом из тибетского культурного пояса, включающего северную Индию, Непал и Бутан, а значит, более склонным к проиндийской и, соответственно, антикитайской ориентации. Китаю и Индии предстоит сыграть между собой "по-крупному" не только в этих регионах, но также в Бангладеш и Шри-Ланке. Синьцзян и Тибет, как и раньше, остаются внутри официально признанных границ Китая, но, принимая во внимание натянутые отношения между китайским правительством и жителями обеих провинций, можно ожидать, что в будущем попытки Пекина распространить свое влияние за пределы ханьского этнического большинства встретят серьезное противодействие.

Ползучее влияние

Даже на тех отрезках границы, где Китаю ничто не угрожает, сама форма страны выглядит пугающе незавершенной, как если бы в этих местах были изъяты части некогда существовавшего Великого Китая. Северная граница Китая охватывает Монголию, громадную территорию, которая выглядит словно клок, выдранный из его "спины". Плотность населения Монголии - среди самых низких в мире, и близость городской китайской цивилизации представляет для нее несомненную демографическую угрозу. Завоевав некогда Внешнюю Монголию, чтобы получить доступ к более пригодным сельскохозяйственным землям, ныне Китай готов покорить ее вновь, но уже на современный лад - поставив себе на службу запасы нефти, угля, урана, а также роскошные пустующие пастбища. Поскольку неконтролируемая индустриализация и урбанизация превратила Китай в крупнейшего мирового потребителя алюминиевой, медной, свинцовой, никелевой, цинковой, оловянной и железной руды (его доля в мировом потреблении металлов за последнее десятилетие подскочила с 10 до 25 %), китайские горнорудные компании откровенно делают ставку на разработку богатых недр соседней страны. Взаимоотношения с Монголией лишний раз показывают, как широко простираются империалистические замыслы Пекина, - особенно если вспомнить, что ранее Китай уже поставил под контроль Тибет, Макао и Гонконг.

К северу от Монголии и трех северо-восточных китайских провинций лежит российский Дальний Восток - обширнейшая, в два раза превосходящая Европу по площади депрессивная область с крайне немногочисленным и постоянно убывающим населением. Русское государство окончательно включило в себя эти территории в XIX - начале XX века, когда Китай был крайне обессилен. В настоящее время он окреп, а власть российского правительства нигде так не слаба, как в этой восточной трети России. При этом совсем рядом с семимиллионным русским населением Дальнего Востока (к 2015 году его численность может сократиться до 4,5 млн), в трех приграничных провинциях Китая, проживает около 100 млн человек. По плотности они превосходят российский Дальний Восток в 62 раза. Китайские мигранты просачиваются в Россию, наводняя Читу к северу от монгольской границы, а также другие города региона. Доступ к ресурсам остается главной целью китайской внешней политики в любом регионе мира, и малонаселенный российский Дальний Восток, располагающий огромными запасами природного газа, нефти, строевого леса, алмазов и золота, не является исключением. "Москва с подозрением взирает на хлынувшие в этот регион потоки многочисленных китайских поселенцев, следом за которыми тянутся лесозаготовительные и горнорудные компании", - писал минувшим летом Дэвид Блэр, корреспондент лондонской Daily Telegraph.

Как и в случае с Монголией, никто не опасается, что китайская армия когда-нибудь завоюет или формально аннексирует российский Дальний Восток. Страх внушает другое: все более заметное ползучее демографическое и экономическое влияние Пекина в этом регионе (частью которого Китай кратковременно владел в эпоху правления династии Цин). В период холодной войны пограничные споры Китая и Советского Союза привели к тому, что в прилегающих районах Сибири были размещены мощные войсковые части, насчитывавшие сотни тысяч человек; временами напряженность на границе выливалась в прямые столкновения. В конце 1960-х периодические трения привели к разрыву отношений между КНР и СССР. Географический фактор и сейчас вполне способен стать причиной размолвки Китая и России, поскольку нынешний их союз носит чисто тактический характер. Это может быть выгодно Соединенным Штатам. В 1970-х гг. администрация президента Никсона оказалась в выигрыше в результате столкновения между Пекином и Москвой и положила начало новым отношениям с Китаем. В будущем, когда последний станет по-настоящему великой державой, Соединенные Штаты, по-видимому, могли бы заключить стратегический союз с Россией, чтобы уравновесить влияние Срединного царства.

Южные перспективы

Влияние Китая распространяется также на юго-восток. Здесь, в сравнительно слабых государствах Юго-Восточной Азии, строительство будущего Великого Китая встречает наименьшее сопротивление. Существует не так уж много серьезных географических преград, отделяющих Китай от Вьетнама, Лаоса, Таиланда и Мьянмы. Естественным центром сферы влияния, которая охватывает бассейн реки Меконг и связывает все страны Индокитая сетью наземных и водных транспортных путей, должен стать город Куньмин, находящийся в китайской провинции Юньнань.

Самая большая страна материковой части Юго-Восточной Азии - Мьянма. Если Пакистан, постоянно находящийся под угрозой распада, можно назвать азиатскими Балканами, то Мьянма скорее напоминает Бельгию начала XX века, так как над ней постоянно нависает угроза быть захваченной могущественными соседями. Подобно Монголии, российскому Дальнему Востоку и другим территориям, прилегающим к сухопутным границам Китая, Мьянма - слабое государство, весьма богатое природными ресурсами, в которых крайне нуждается Китай. Китай и Индия борются за право заняться модернизацией глубоководного порта Ситуэ на мьянманском побережье Индийского океана, причем обе страны питают надежду проложить в будущем газопровод к месторождениям на шельфе Бенгальского залива.

Если говорить о регионе в целом, то Пекин применяет здесь, в несколько обновленном виде, известный стратегический принцип "разделяй и властвуй". В прошлом он вел сепаратные переговоры с каждой страной - членом Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), но никогда не вступал в контакты с этим блоком как единым целым. Даже недавно вступившее в силу соглашение о зоне свободной торговли, которое он заключил со странами АСЕАН, показывает, как искусно Китай развивает выгодные для себя связи с южными соседями. Он использует эту организацию в качестве рынка сбыта дорогостоящих китайских товаров, покупая в странах АСЕАН дешевую сельскохозяйственную продукцию. Отсюда неизменное активное сальдо торгового баланса с китайской стороны, тогда как страны АСЕАН постепенно превращаются в свалку для промышленных товаров, произведенных дешевой рабочей силой в городах Китая.
Обретение возможности стать морской державой

Благодаря сложившейся ситуации на суше Китай может в спокойной обстановке заняться укреплением своего флота. В то время как для прибрежных городов-государств или островных стран стремление наращивать военно-морскую мощь представляется чем-то самоочевидным, для держав, которые подобно Китаю на протяжении всей своей истории были замкнуты в пределах материка, это выглядит роскошью. В данном случае, однако, подобное состояние легко достижимо, поскольку береговая линия, которой природа наделила Поднебесную, не уступает по своим качествам ее внутренним областям. Китай занимает господствующее положение на тихоокеанском побережье Восточной Азии в зоне умеренного и тропического климата, а южная граница страны находится в непосредственной близости к Индийскому океану, и в будущем ее можно связать с побережьем сетью дорог и трубопроводов. В XXI веке Пекин будет проецировать вовне "жесткую силу" прежде всего с помощью своего военно-морского флота.

Нельзя не отметить, что на море Китай сталкивается с гораздо более враждебным окружением, чем на суше. Проблемной зоной для китайского флота является так называемая "первая островная гряда": Корейский полуостров, Курильские острова, Япония (включая острова Рюкю), Тайвань, Филиппины, Индонезия и Австралия. Любое звено в этой цепи, за исключением Австралии, в будущем может стать горячей точкой. Китай уже сейчас вовлечен в споры о принадлежности различных участков дна Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей, богатых энергоносителями: с Японией предметом дискуссии являются острова Дяоюйтай/Сэнкаку, с Филиппинами и Вьетнамом - острова Спратли. Подобные распри помогают Пекину подогревать националистические настроения внутри страны, но китайским военно-морским планировщикам от этого не легче: положение дел на театре потенциального противоборства представляется им крайне безрадостным.

Первая островная гряда, по мнению сотрудников Колледжа ВМФ США Джеймса Холмса и Тоши Йошихары, представляет собой нечто вроде "Великой Китайской стены, развернутой против Китая". Это эффективно организованный оборонительный рубеж, выстроенный союзниками Соединенных Штатов наподобие сторожевых вышек, позволяющих наблюдать за Китаем и, если понадобится, воспрепятствовать его проникновению в воды Тихого океана. Реакция Пекина на своеобразную блокаду временами была агрессивной. Морская мощь обычно не проявляется столь жестко, как сухопутная: как таковые корабли не могут занимать большие пространства и предназначены для проведения операций, которые, вообще говоря, сами по себе более важны, чем морские сражения, а именно для обороны торговых путей.

Казалось бы, можно было ожидать, что Китай станет не менее снисходительной державой, чем великие морские нации прошлого - Венеция, Великобритания и Соединенные Штаты, - и будет, как они, заботиться в первую очередь о сохранении мира на морях, что предполагает среди прочего и свободу торговли. Однако он не столь уверен в себе. По-прежнему сознавая свою неполную защищенность на море, Пекин задействует по отношению к Мировому океану чисто территориальный подход. Сами по себе понятия "первая островная гряда" и "вторая островная гряда" (последняя включает остров Гуам, принадлежащий США, и Северные Марианские острова) подразумевают, что в глазах китайцев эти архипелаги представляют собой не что иное, как отроги материкового Китая. Глядя на прилегающие к их стране моря сквозь призму мышления в терминах "игры с нулевой суммой", китайские адмиралы выступают наследниками агрессивной философии американского военно-морского стратега начала XX века, Альфреда Тайера Мэхэна, который отстаивал концепции "контроля над морями" и "решающего сражения". Однако в настоящее время они не располагают достаточно мощным флотом для решения своих задач, и это расхождение между обширными притязаниями и реальными возможностями привело в последние несколько лет к ряду нелепых инцидентов.

В октябре 2006 г. китайская подводная лодка вела слежение за американским авианосцем Kitty Hawk, после чего всплыла на поверхность вблизи от него, на расстоянии торпедного выстрела. В ноябре 2007 г. китайцы не разрешили Kitty Hawk и его ударной группе, искавшей укрытия от надвигавшегося шторма, войти в гонконгскую гавань Виктория. (В 2010 г. Kitty Hawk все же нанес визит в Гонконг.) В марте 2009 г. группа кораблей НОАК помешала работе американского судна дальнего гидроакустического наблюдения Impeccable, когда оно открыто проводило операции за пределами 12-мильной территориальной зоны КНР в Южно-Китайском море. Китайцы преградили путь американскому кораблю и совершали угрожающие маневры, как если бы намеревались его таранить. Все это говорит не столько о серьезной силе, сколько о недостаточной развитости китайского флота, которую пока не удалось преодолеть.

О твердом желании Китая обеспечить свои позиции на море свидетельствуют и крупные приобретения последних лет. Пекин стремится использовать не реализованные до сих пор асимметричные возможности, чтобы перекрыть американскому флоту доступ в Южно-Китайское море и в китайские прибрежные воды. Китай модернизировал свои эсминцы и намерен обзавестись одним-двумя авианосцами, но действует точечно и не склонен скупать военные суда без особого разбора. Он предпочел сосредоточить усилия на строительстве дизельных, атомных и ракетных подводных лодок нового типа. Как считают Сет Кропси, бывший помощник заместителя министра военно-морских сил США, и Рональд ОРурк, сотрудник Исследовательской службы Конгресса США, Китай способен в течение 15 лет создать флот подводных лодок, который превзойдет американский аналог, насчитывающий в настоящее время 75 боеготовных подводных лодок. Более того, китайские военно-морские силы, по словам Кропси, намереваются ввести в действие систему наведения противокорабельных баллистических ракет, используя в ней загоризонтные радиолокаторы, космические спутники, донные гидролокационные сети и оборудование для компьютерных войн. В сочетании с формирующимся подводным флотом такая система в будущем должна помешать беспрепятственному доступу военно-морских сил США в наиболее значимые области Тихого океана.

Пытаясь установить контроль над прибрежной зоной в Тайваньском проливе и Восточно-Китайском море, Пекин также совершенствует группу морских тральщиков, покупает у России истребители четвертого поколения и развернул вдоль побережья около полутора тысяч российских ракет класса "земля-воздух". Даже вводя в действие систему подземных оптико-волоконных кабелей далеко на западе страны, вне пределов досягаемости морских ракет потенциального противника, китайцы исходят из агрессивной стратегии, предполагающей поражение символов американской мощи - авианосцев.

Разумеется, в обозримом будущем Китай не собирается атаковать американские авианосцы, и он по-прежнему крайне далек от того, чтобы бросить Соединенным Штатам прямой военный вызов. Однако налицо стремление нарастить на своих берегах необходимый потенциал устрашения, чтобы американцы не смели вводить свои корабли, когда и где им того захочется, в пространство между первой островной грядой и китайским побережьем. Поскольку способность влиять на поведение противника составляет самую суть любой державы, эта стратегия лишний раз доказывает, что планы строительства Великого Китая реализуются не только на суше, но и на море.

На очереди - Тайвань

Для создания Великого Китая особенно важно будущее Тайваня. Тайваньская проблема часто обсуждается в терминах нравственности: Пекин настаивает на необходимости восстановить целостность национального наследия и объединить Китай ради блага всех этнических китайцев; Вашингтон печется о сохранении образцовой демократии, какой является Тайвань. Однако подлинную проблему следует искать в другом. Как говорил американский генерал Дуглас Макартур, Тайвань - это "непотопляемый авианосец", занимающий позицию ровно посередине береговой линии Китая. Именно отсюда, по мнению военно-морских планировщиков Холмса и Йошихары, такая держава как США может "проецировать силу" в сторону китайского побережья и прилегающих к нему районов. Если Тайвань вернется в лоно материкового Китая, то китайский флот не только внезапно окажется в стратегически выгодной позиции по отношению к первой островной гряде, но и будет в состоянии свободно, в беспрецедентных масштабах, проецировать свою мощь за пределы этой гряды. Очень часто, говоря о будущем мировом порядке, употребляют слово "многополярный", - но только слияние Тайваня с материковым Китаем ознаменовало бы возникновение в Восточной Азии действительно многополярной военной ситуации.

Согласно результатам исследования, проведенного в 2009 г. RAND Corporation, к 2020 г. Соединенные Штаты не смогут, как раньше, защитить Тайвань в случае нападения Китая. Китайцы, говорится в отчете, к этому времени будут в состоянии нанести США поражение в возможной войне в Тайваньском проливе, даже если американцы будут иметь в своем распоряжении истребители пятого поколения F-22, две авианосных ударных группы и сохранят доступ к авиабазе Кадена на японском острове Окинава. В отчете делается акцент на боях в воздухе. Здесь же указывается, что китайцы по-прежнему будут стоять перед необходимостью высаживать на острове многотысячный пехотный десант, а их транспортные суда останутся уязвимыми для американских подлодок. Освещая ситуацию с разных сторон, отчет, однако, не может скрыть тревожной тенденции. Китай отделяют от Тайваня всего-навсего сто миль, тогда как Соединенным Штатам придется доставлять свои войска с другого конца планеты, причем действовать в условиях более ограниченного доступа к иностранным базам, чем в период холодной войны. Стратегия создания препятствий на пути перемещения американских военных кораблей в определенных морских зонах не просто преследует цель держать их подальше от китайских берегов, но и в особенности направлена на то, чтобы упрочить доминирующее положение Китая в акватории Тайваня.

Пекин делает все, чтобы взять Тайвань в тесное кольцо не только в военном, но и в экономическом и социальном плане. Примерно 30 % тайваньского экспорта приходятся на Китай. Еженедельно между Тайванем и материковым Китаем совершается 270 коммерческих авиарейсов. В последние пять лет две трети тайваньских компаний осуществили инвестиции в китайскую экономику. Ежегодно остров посещают около полумиллиона туристов с материка, а 750 тысяч тайваньцев проживают в Китае, проводя там каждый год по шесть месяцев. Углубляющаяся интеграция выглядит весьма привлекательно, но вот чем этот процесс разрешится, пока сказать трудно. Так или иначе, его исход будет иметь ключевое значение для политики великих держав в этом регионе. Если Соединенные Штаты попросту отдадут Тайвань Пекину, то Япония, Южная Корея, Филиппины, Австралия и другие американские союзники в Тихоокеанском регионе, а также Индия и даже некоторые африканские государства начнут сомневаться в прочности обязательств, которые берет на себя Вашингтон. Это может побудить некоторые страны к сближению со Срединным царством, и тогда формирующийся Великий Китай охватит едва ли не все Восточное полушарие.

В этом заключается одна из причин, по которым Вашингтон и Тайбэй должны искать асимметричные ответы на военную угрозу со стороны Пекина. Им следует стремиться не к тому, чтобы нанести Пекину поражение в возможной войне в Тайваньском проливе, а к тому, чтобы тот ясно осознал: подобная война обойдется для него недопустимо дорого. Если эта цель будет достигнута, американцам удастся сохранять функциональную независимость Тайваня до тех пор, пока Китай не станет более либеральным обществом, - тем самым они смогут сохранить и доверие союзников. В этом смысле действия администрации Обамы, заявившей в начале 2010 г. о намерении продать Тайваню вооружений на общую сумму 6,4 млрд долларов, имеют принципиальное значение для политики США в отношении Китая и, шире, всей Евразии. Кстати, нельзя сказать, что трансформация Китая изнутри - несбыточная мечта: миллионы туристов, прибывающих на Тайвань с материка, видят тамошние оживленные политические ток-шоу и крамольные заголовки в книжных магазинах, и это наверняка оказывает на них влияние. Тем не менее, хотя это звучит несколько парадоксально, демократический Китай может оказаться еще более динамичной великой державой в экономическом и, как следствие, в военном плане, чем Китай репрессивный.

Концентрируя военно-морские силы на тайваньском направлении, Пекин не забывает укреплять присутствие своего флота и в Южно-Китайском море, которое служит для него воротами в Индийский океан и обеспечивает доступ к мировым путям транспортировки энергоносителей. На этом направлении основные проблемы создают пираты, радикальные исламисты и крепнущий морской флот Индии, в том числе и вблизи труднодоступных морских зон, через которые вынуждены проходить китайские нефтяные танкеры и торговые суда. В геостратегическом плане Южно-Китайское море, как говорят многие, может стать "вторым Персидским заливом". Еще в первой половине XX века Николас Спайкмен, специалист по геополитике, заметил, что на протяжении всей истории государства желавшие утвердить свой контроль над прилегающими морями втягивались в "периферическую наземную и морскую экспансию". Греция стремилась подчинить Эгейское море, Соединенные Штаты - Карибское, и вот теперь Китай - Южно-Китайское. Спайкмен называл Карибское море "Средиземным морем Америки", чтобы подчеркнуть его значение для Соединенных Штатов. Южно-Китайское море в ближайшие десятилетия может стать "Средиземным морем Азии" и подлинным средоточием политической географии.

Высоколиквидные угрозы

Впрочем, попытки Китая проецировать силу в "Средиземное море Азии" противоречивы по самой своей сути. С одной стороны, Китай вроде бы полон решимости максимально осложнить доступ американских судов в прибрежные моря. С другой, он по-прежнему не способен защитить свои морские коммуникации, что, вообще говоря, делает любое нападение на американский военный корабль бессмысленным, поскольку в этом случае флот США может попросту отрезать Китай от поставок энергоносителей, перекрыв для китайских судов выход в Тихий и в Индийский океаны. Зачем же планировать что-то, если в действительности не собираешься осуществить намеченное? Как считает советник по вопросам обороны Жаклин Ньюмайер, Пекин хочет добиться "столь благоприятного соотношения сил", что "на деле ему и не придется прибегать к оружию для защиты своих интересов". Недаром он устраивает выставки новых видов оружия, строит портовые сооружения и оборудует станции подслушивания в Тихом и Индийском океане, предоставляет военную помощь приморским государствам, находящимся между китайской территорией и Индийским океаном. Все эти ходы делаются открыто и являются сознательной демонстрацией силы. Китайцы не столько ввязываются в непосредственную схватку с Соединенными Штатами, сколько стремятся повлиять на поведение американцев таким образом, чтобы избежать возможной конфронтации.

ПОЖАЛУЙСТА, ПРИВЕДИТЕ ССЫЛКУ, ЧТОБЫ БЫЛО МОЖНО СОКРАТИТЬ ПОСТ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ОН БУДЕТ УДАЛЕН! МОДЕРАТОР.

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

18 августа 2010 в 7:40 Китай у порога

В середине прошлого века я приехал в Москву, друзья дали адрес общежития аспирантов академии наук. В большой комнате стояли три кровати и стол, на котором лохматый парень жарил на электроплитке картошку.

«Меня зовут Мурат. Вот эта кровать свободна, здесь всегда алмаатинцы живут, - сказал он и дал мне эмалированный бидончик. – На углу продают квашеную капусту и грузинское вино «Салхино» по рубль двенадцать. Возьми две – сейчас еще ребята придут».

И несколько вечеров подряд под грузинское вино и жареную картошку, распахнув уши, я слушал бесконечные рассказы Мурата Ауэзова про Китай, его удивительную культуру, историю, литературу, впервые услышал имена Ду Фу, Ли Бо, и то, как они звучат в оригинале.

До Жаланашколя и Даманского оставалось еще несколько лет и красные книжечки с дацзыбао, о которых писали газеты, казались тогда смешным курьезом.

… С тех пор прошла жизнь, и мы опять сидим с известным культурологом и общественным деятелем Муратом Мухтаровичем Ауэзовым на кухне и я вновь слушаю его рассказы про Китай, теперь уже совсем про другую страну.

- Откуда вообще у вас возник интерес к Китаю, с чего это началось?

- Я хотел стать астрономом или учёным-химиком. Очень любил химию, в школе занимался в химическом кружке, был его старостой. Тогда, в начале 60-х, химия была модной наукой, как и физика, впрочем. Бурно развивалась химическая промышленность, там были перспективы. Помнишь, как Хрущев препарировал Ленина – «Коммунизм – это советская власть плюс электрификация всей страны, плюс химизация народного хозяйства!». Все верили - химизируем, и будет нам счастье.

Когда заканчивал школу, долго беседовали с отцом о дальнейшем пути. Он одобрял мои увлечения химией, но спросил однажды: «А ты не хотел бы заняться изучением Китая? Это гигантская страна с величайшей историей, культурой и величайшим будущим. А главное – она рядом с Казахстаном и всегда будет влиять на нас, хотим мы того или нет».

В то время вышли первые книжки пятитомника Чокана Валиханова, стало ясно, что огромное количество неизученных материалов по истории казахов находятся в Китае и на китайском языке. У отца уже тогда было предощущение, что Китай станет ведущей страной в мире, и она будет играть огромную роль в жизни Казахстана и казахов. Он хотел, правда, чтобы я изучал еще и арабский язык, но вся арабистика в Советском Союзе шла параллельно с английским языком, я же изучал в школе немецкий. И тогда я выбрал Китай, институт восточных языков при МГУ.

Надо сказать, что этот выбор был сделан не на пустом месте. Еще в школе я буквально проглотил несколько больших исторических китайских романов, таких, как «Речные заводи», например, или «Троецарствие». И Китай уже запал мне в душу. Так что, почва была подготовлена. И я никогда не пожалел об этом выборе.

– Ваше назначение послом в Пекине стало, пожалуй, первым в истории нашей страны назначением на такую должность и в такую страну не карьерного дипломата, а специалиста-страноведа и культуролога. Как сами китайцы приняли вас и как вы воспринимали китайцев в этом ранге?

- В начале 90-х, в первый год независимости, я с упоением работал в парламенте, был председателем комитета по межпарламентским связям, и предложение президента стать послом в Пекине было абсолютно неожиданным. Я принял его с восторгом, не задумываясь ни на минуту. Это был действительно дар судьбы. Первое, о чем я подумал, что опять соприкоснусь с китайским языком, литературой, искусством, историей. Все это было мое, я это искренне и глубоко любил.

На деле же все выглядело несколько иначе. Это была далеко не синекура. Тогда не было здания посольства, все пришлось начинать с нуля, заниматься хозяйственными проблемами, создавать структуру, подбирать людей. Но у меня сразу сложились хорошие отношения с китайскими дипломатами. Я быстро восстановил язык. Кстати, китайский язык быстро забывается без употребления, и быстро восстанавливается при необходимости.

Это был такой романтический период, очень счастливый для меня и китайцы это видели и оценили. Наверное, им это было близко по духу, потому что для китайцев очень характерен некий симбиоз практичности и одновременно романтизма. Они очень ценят хорошую шутку, смех, не чужды иронии, но при этом не подрезают крылья и искренним романтикам. Мне это хорошо было известно, потому что в молодости пришлось поработать переводчиком с китайским цирком и с ансамблем народно-освободительной армии Китая. С ними я месяцами ездил по городам Советского Союза и психологическая совместимость была абсолютной. Это помогло установить хорошие контакты, и я себя комфортно чувствовал все три года работы в посольстве. Именно с той поры в Китае у меня есть люди, добрыми отношениями с которыми я дорожу до сих пор. Среди них - первый посол КНР в Казахстане Чжан Дэгуан, крупнейший переводчик русской литературы на китайский Гао Ман, переводчик философской прозы Абая Сю Чжолсюнь и другие.

Уже тогда китайский МИД придавал большое значение Казахстану, поэтому не было проблем со своевременным вручением верительных грамот, оформлением необходимой документации и так далее. К тому же, китайцы ценили возможность общаться со мной на их языке. Я храню все свои дневники тех лет, они позволяют мне вспомнить ту атмосферу, в которой я работал.

- Интересно, оправдывалась ли вошедшая в поговорку фраза - «китайские церемонии»?

- Церемонии, разумеется, были, это же дипломатический протокол, но не припомню ни одной фальшивой улыбки, неискренности. В личном плане это были нормальные, порядочные отношения с достойными партнерами. Конечно, государственные интересы всегда у китайцев превалировали, но личные отношения сохранялись.

Но вот сейчас, как мне рассказывают, атмосфера там несколько изменилась - это подчеркнуто официальное обращение китайских дипломатов всех уровней. Причем, эта официальность очень самоуверенная, с оттенком превосходства. Скажем, раньше нельзя было и подумать, чтобы китайский дипломат невысокого ранга взял бы тебя за локоть и отвел в сторонку. Сейчас же это делается демонстративно и с оттенком высокомерия. Дескать, Китай уже другой, он победил на Олимпиаде, он вырывается вперед в экономическом развитии и так далее. Своеобразное головокружение от успехов на фоне падения уровня воспитанности. Это явно не самодеятельность, это целевые установки, чтобы показать всем истинное место каждого. Вот такие китайские церемонии!

– Где–то мне встречалась фраза, расхожая, как говорят, среди китайцев - «действительно беспокойные соседи». Как, по-вашему, применима ли она к нашему восточному соседу?

- Соседи редко бывают идеальные, ведь при разделе жизненного пространства обязательно возникают противоречия. И проблема в том, как их разрешать с учетом интересов каждого. Китайцы же свои интересы всегда ставят выше, отстаивают всеми возможными способами и делают это весьма искусно и тонко. Я столкнулся с этим в первые же дни работы послом. Первым документом, который наше правительство поручило мне вручить китайской стороне, было предложение о совместном использовании трансграничных рек, прежде всего, Или и Иртыша.

Китайцы этот документ долго изучали, затем Цзян Цзэминь приезжал к нам, здесь обсуждали эту тему и, вернувшись в Пекин, председатель Цзян с ликованием сообщил прессе - проблема трансграничных рек решается в пользу Китая! И одновременно дал правительству поручения, где ясно говорилось: наступит день, когда Китай вынужден будет подписать соглашение по рекам. Но, пока этот документ не подписан, Китай должен успеть зарегулировать все 33 текущие из Китая реки так, как это выгодно Китаю.

Это указание было в 24 часа (я видел документы, где их прохождение через инстанции фиксировалось по часам) доведено до всех соответствующих организаций и работа началась практически на следующий день. Все делалось одновременно – изыскания, проектирование и строительство плотин, водохранилищ, гидросооружений, каналов, оросительных систем и так далее. В итоге в кратчайшие сроки были зарегулированы Черный Иртыш, Или и другие реки. Соглашение к моменту подписания практически потеряло смысл.

При этом китайцы очень искусно вели внешнюю политику. С помощью дипломатических ходов они разделили Казахстан, Россию и Кыргызстан в этой проблеме, переведя её из международной сферы в двусторонние контакты. Напомню, что эта история тянулась еще с советских времен, но тогда советские дипломаты заявили, что в ответ зарегулируют все реки, текущие из СССР в Китай, и вопрос был снят. Но китайцы терпеливы, они дождались своего времени и сделали то, что хотели. В проигрыше оказались и Казахстан, и Россия, и Кыргызстан. Это к вопросу о «действительно беспокойных соседях»»!

- Существует расхожее мнение о китайских картах, где, якобы, территория Казахстана раскрашена как временно оккупированные земли Поднебесной. Это правда? Вы сами видели подобные карты?

- Я назову одну цифру – Китай, так или иначе, претендует на 400 тысяч квадратных километров казахстанской территории. Это не предъявляется в качестве официального требования отдать земли, но это просто сидит в сознании каждого китайца, и они особенно не стесняются с картами и границами. Таких карт у меня - целая коллекция, вот они. Пожалуйста – весь восток Казахстана, Семиречье до северного берега Балхаша, весь юг до Арала преподносится как территория Китая. Монголия, кстати, тоже.

В Китае есть такое понятие –«си юй» - западный край. Ни один китайский политик, ученый или дипломат не скажет, где проходит его граница. «Си юй» - это фундаментальная категория во внешнеполитической рефлексии китайцев. Этому понятию много веков, зародилось оно вместе с освоением Великого Шелкового пути и неразрывно с ним связано. Китайские путешественники, они же и купцы, двигались на запад с товарами и, где оседали, считали землю своей, хотя там и жили уже коренные обитатели. «Си юй» - это земля, куда ступила нога китайца. И это как горизонт – когда пытаешься к нему подступиться, он отодвигается дальше.

- Китайские историки уверяют – Поднебесная присутствовала в Центральной Азии с древности. В городе Мары (Туркмения) находят остатки буддистских храмов. Даже в старинных мечетях можно увидеть изображения китайских драконов. В Казахстане китайские историки ничего подобного не находят?

- Материальный свидетельств много, но самый большой след – в памяти. Через 40 лет, в 2051 году, исполняется 1300 лет разгрома китайской армии времен Танской империи объединенными силами арабов, тюрков и согдийцев. Битва происходила на берегу реки Талас в 751 году. К тому времени китайцы занимали Таш (современный Ташкент), Тараз и целый ряд других городов Семиречья. Это и был тогда тот самый «си юй»…

Поражение китайцев было сокрушительным, и, что важно, это была драматичная, яркая и уникальная в своем роде консолидация народов в истории Центральной Азии. Эта битва на долгие века приостановила экспансию Китая на запад, «си юй» стал миражом, хоть и не забылся.

Я думаю, что мы живущие здесь, должны не забыть эту дату и отметить ее достойно. Потому что, я в этом абсолютно уверен, и в китайском сознании она не забывалась никогда – там на протяжении тысячелетий тщательно записывают свою историю. Причем, эта история существует как взаимосвязанная система, там нет провалов и белых пятен. Каждое поколение продолжает ее писать, очень бережно относясь к ушедшему. Именно в этом заключается долг и искусство китайского историка.

Вот поэтому-то китайцы не могут не помнить об этом поражении. И они по-своему, безусловно, отметят эту дату. Это не будет афишироваться, скорее всего, они отметят ее попыткой своеобразного реванша. Причем, это не обязательно будет силовым ответом. Так что, «see you in Cи юй»!

- Это будет экономическая экспансия? Но для Пекина проникновение в богатые природными ресурсами центральноазиатские республики и без всяких исторических нюансов - одна из важнейших внешнеполитических задач?

- В Китае все связано со всем. Здесь смешана и политика, и экономика, и история. Для китайцев было продуманным решением начать экономическую экспансию с запада Казахстана – Актобе. Я считаю, что совершено огромное преступление нашими чиновниками, продавшими западные нефтяные месторождения Китаю. К тому же, в его руки попали геологические карты нефтяных горизонтов, совершенно секретные, сделанные еще в советское время. Все перспективные месторождения китайцам стали известны, они покупали не кота в мешке, не выработанные слои, как нам сейчас пытаются представить, а полноценные залегания углеводородов.

Несколько лет назад я проехал с экспедицией «Каспий: нефть и культура» по западным областям, встречался с многими нефтяниками-профессионалами, которые рассказывали, как в один момент им пришлось вдруг осознать, что их перепродали вместе с вышками, скважинами и нефтью. Они утверждали, что именно перспективные полноценные месторождения оказались в собственности у нашего стратегического оппонента (не буду называть его противником).

Все очень просто – трубопроводы, которые идут через весь Казахстан в Китай, рассчитаны не на 10 лет ( как, якобы, и запасы), а минимум на 40-50. Вот вам и ответ.

Кстати, мы до сих пор не знаем, кто и на какие деньги что-то там строит, кто и на каких условиях владеет трубой. Я уж не говорю про экологические и историко-археологические экспертизы, как они делались и кем.

Один из китайских послов (у меня всегда были хорошие личные отношения со всеми китайскими послами) с улыбкой рассказывал мне, какие экспертизы пришлось пройти подобной трубе на китайском Тибете! А мы просто сделали рваную рану на теле страны, не задумываясь о последствиях…

Скажу больше – любой китайский проект на нашей земле – это способ легализации своего массированного присутствия здесь. И это не только рабочие и инженеры. Это и врачи, и повара, другой обслуживающий персонал. Но это временно. Потом будет эксплуатация и - опять инженеры, врачи и проч.

Министр нефти и газа Сауат Мынбаев в ответе на запрос группы депутатов сообщил, что по состоянию на 1 января 2010 года в Казахстане работают 15 нефтегазовых компаний с китайской долей от 50 до 100% капитала (с меньшими долями – еще больше). Совокупная же добыча нефти этими компаниями составит в этом году 25,13 млн тонн. Учитывая, что общий объем добычи составит около 80 млн тонн, легко высчитать китайскую часть – 31 %. Без малого – треть. Есть повод задуматься.

- Звучат мнения, что китайская экспансия в Казахстан обеспечивается коррумпированностью некоторых наших чиновников, сдающих недра за бесценок…

- Такие обвинения должны выдвигать прокуроры по конкретным фактам коррупции. Я же хочу сказать про отношение к коррупции в самом Китае, где на практике разграничиваются взятки, например, внутри страны, где это считается тягчайшим преступлением, и взятки в интересах страны за ее пределами. Китаец, давая взятку в интересах своей компании или страны здешнему чиновнику, всегда держит в памяти давние записи о характерной тяге гуннов и других кочевников к золоту, шелкам, другой мишуре. Вручая взятку, китаец светится от любезности и радушия. Но это внешне. Внутри же он всегда испытывает глубокое презрение к продажному чиновнику.

Вообще, в Китае выработана целая система подкупа. Они умеют облечь взятку в самую завуалированную форму, без банальных денег. Это важный и тонкий инструментарий в деловых и политических отношениях. И здесь очень важно понимать все телодвижения, чтобы не попасться на крючок. Зато, когда ты даешь китайцу понять, что ты видишь его потуги и они напрасны, то встречаешь совсем другое, поистине уважительное и деловое отношение. Поэтому каждый наш чиновник, работающий с китайцами, должен дать им почувствовать свое знание всех их приемов. И это должно стать неотъемлемым качеством нашего общественного сознания. Но надо этого захотеть….

- Есть сведения, что правительство Китая закладывает в бюджет гигантские суммы для покупки земель в разных странах – от Африки до Австралии и Латинской Америки. Вам не встречалось фактов, свидетельствующих об этом?

- А недавняя история с миллионом гектаров казахстанской пахотной земли для возделывания китайцами вам ни о чем не говорит? Вот еще пример. Некоторое время назад Китай вложил средства, весьма значительные, в нефтяные месторождения Кыргызстана в районе Жалал-Абада, там, где произошли недавние трагические события. Месторождения эти небогатые и неперспективные, но зато у Китая там есть теперь свои интересы и определенное право вмешиваться в происходящие там события под вполне понятным предлогом защиты своей собственности. Воспользуется ли Китай этим поводом или нет – другой вопрос. Но он уже там.

- Разговоры о китайской угрозе во многом идут из-за недостатка информации о Китае. Так вот, сближение и интеграция с Китаем – это беда или благо?

- Благо или беда – вопрос не в этом. Это неизбежность, которую надо попытаться обратить во благо. Китай просто есть рядом с нами. И к его существованию мы должны приспособить свое существование, не расставаясь со своими фундаментальными интересами. Как это сделать – вот вопрос вопросов. Но ясно, что этой проблемой должен проникнуться каждый гражданин нашей страны.

- В России, которая испытывает значительно больший миграционный прессинг и граница которой с Китаем намного больше нашей по протяженности, располагает примерно 60 учебными заведениями, готовящими китаистов разного профиля. Это свидетельствует о том, что страна закладывает основу для глубоких отношений. Как обстоит дело в Казахстане? Разве нет в стране потребности создать исследовательский центр китаеведения?

- Если ты живешь у горы, ты должен знать, какие реки текут сверху. Тогда ты можешь знать, как использовать блага этих гор и откуда может исходить опасность. Если мы всерьез задумываемся о своем будущем - настало время изучить стоящую рядом гору.

Даже такой гигант, как Россия, испытывает мощнейшее влияние Китая. И там уже целый век существует очень сильная школа китаеведения. И в этой науке существуют такие имена, как Тихвинский, Федоренко, Эйдлин, Всеволод Овчинников и еще десятка других специалистов мирового уровня.

Чтобы понимать Китай и правильно выстраивать взаимоотношения с ним – надо знать китайскую литературу, величайшую из мировых литератур, его поэзию. Ведь именно там ярко выражены характер народа, его менталитет. Нужно изучать его историю, его философию, изобразительное искусство – скульптуру, пластику, шелк, черный лак, красный лак… А китайская музыка – пентатоника – это богатейшее наследие!

У нас есть несколько ученых-китаистов, есть несколько учебных заведений, где студенты изучают китайский язык. Но их знания поверхностны, их души не «очарованы» Китаем, потому что их преподаватели не увлечены им сами.

Я вспоминаю московскую профессуру, академика Конрада, профессора Любовь Дмитриевну Позднееву, которые знали тончайшие нюансы китайского языка, литературы, искусства и, как следствие, самих китайцев. Другое дело, что может быть, их знания не всегда правильно и своевременно использовались руководством СССР, но это уже другая тема…

Мы открыли институт Конфуция, но без учета контекста. Конфуций непонятен без Лао Цзы, родоначальника даосизма. Это два разных принципа, но только в единении они могут дать понятие о китайской философии как о законченной и стройной системе. Но такого подхода нет, а значит, не будет и ожидаемого результата. Нам в Казахстане как воздух необходим центр по изучению Китая. Создание такого исследовательского центра, полагаю, не вызывало бы каких-либо опасений и подозрений со стороны соседа. То, что такого центра нет до сих пор, можно назвать либо близорукостью, либо преступлением против своего народа.

В середине 60-х я работал под руководством Льва Эйдлина в Институте стран Азии и Африки, анализировал открытые источники, нащупывал симптомы меняющейся политической ситуации – совершенно нормальная функция! В СССР это отлично понимали, власть хотела знать, что происходит на уровне человеческой психологии, и с учетом этого выстраивала политику. Сейчас нет ничего подобного.

А у нас 1670 километров общей границы! Но эта страна не просто географическая данность – это страна, которая имеет серьезные и фундаментальные интересы на нашей территории, она влияет на нас все сильнее и сильнее. И очень скоро, как мне кажется, мы просто впадем в оцепенелость перед Китаем, как лягушонок перед удавом.

- А это не есть равнодушие временщиков, которые даже не хотят видеть проблему, или же, что еще хуже, она не затрагивает их личных интересов и потому не важна для них?

- Совершенно верно и то, и другое. Но, в то же время, такие представители власти, как Касым-Жомарт Токаев и Карим Масимов глубоко знают Китай, его язык. Оба долго жили в этой стране, знают ее изнутри. Токаев многие годы проработал еще в советском посольстве в Пекине. Правда, негативная составляющая его работы была в том, что он был там исполнителем, а не генератором идей. Но сейчас-то они находятся в высшей власти и, безусловно, понимают важность изучения Китая и выработки стратегической политики во взаимоотношениях. Почему молчат? Не знаю…

Есть и ученые, углубленно занимающиеся Китаем. Хафизова, Сыроежкин… Хафизова добросовестный, знающий ученый, но она достаточно зависимый человек, чтобы быть свободной от превалирующих мнений. Она демонстративно лояльна к Китаю и у нее нет озабоченности будущим.

Сыроежкин информирован, но не концептуален. Я не вижу, чтобы он увязывал свое знание Китая с проблемами нашего государства, с его перспективой и судьбой.

– Кстати, о китайской «угрозе» всерьез говорят не только в Казахстане и России, но и на Западе. Вот, читаю интервью очень популярного нынче французского писателя Бернара Вербера, автора «Энциклопедии относительного и абсолютного знания». Он без экивоков говорит: «Могу сказать определенно, откуда исходит опасность: от Китая. Я вижу, что морали у них нет. Они просто хотят быстро заработать. Они работают в ужасных условиях. И, поскольку у них нет демократии, то они совершенно спокойно могут не уважать ни законы экологии, ни права человека».

Довольно резко, но насколько это обоснованно?

- Вербер ошибается. У китайцев, безусловно, есть своя потрясающая мораль. Вот жил в древности такой мудрец, Юсуф Баласагунский, написавший сходную по названию книгу «Благодатное знание». Он там дает удивительно точные характеристики самым разным явлениям, странам и народам. Там у него я нашел такие строчки:

Закона нет у них до сих времен.

Сказать точнее – свой у них закон!

Ну, что к этому можно добавить?

- В последнее время аналитики замечают повышенный интерес Китая к Афганистану, где последовательно ломали себе зубы Британия, СССР, США. Китайцы идут туда без оружия, но с деньгами. Что их там может ожидать?

- Точнее, среди многих прочих интересов – интерес к Афганистану и Пакистану, поскольку эти две страны очень тесно связаны. Я не столь давно был в Пакистане, видел, как Китай строит на берегу океана огромный порт. Китайцы вообще очень уверенно себя там чувствуют. Они последовательно выстраивают отношения с Пакистаном в плане сдерживания Индии. Этот очень явный геополитический расклад ни для кого не секрет. Но, на мой взгляд, Китай в Пакистане и Афганистане играет с огнем. Да, и Пакистану и Афганистану сотрудничество с Китаем в данный момент интересно и выгодно. А завтра? Не забывайте, у Китая с этими исламскими государствами просто не может быть отношений, основанных на глубоком доверии. Тем более, что после уйгурских событий в Синьцзяне Китай в исламском мире не приобрел дивидендов.

Кстати, в этом сплетении интересов обязательно должна проявиться и роль Казахстана. И только в тесном содружестве с Индией! С этой страной у нас традиционно высокий уровень доверия и стратегия выстраивания наших отношений с Китаем просто не может проходить без учета индийского фактора.

Скажу больше – Индия должна быть приоритетной страной в системе наших взаимоотношений с Китаем. Некоторое время назад я был приглашен на встречу в МИД Индии, где присутствовали сразу три индийских посла в Китае, последовательно сменявших друг друга. Еще с одним участником встречи – бывшим послом Индии в Казахстане Радживом Сикри – меня связывает давняя и тесная дружба.

Тогда в узком кругу состоялась доверительная беседа, где детально обсуждались некоторые вопросы китайской политики в регионе. Это был очень интересный и важный, в том числе и для Казахстана, разговор. Там озвучивались темы и факты, которые не могли быть получены не только по дипломатическим каналам, но даже и нашей внешней разведкой.

Ты думаешь, кто-то проявил к этому интерес? Увы, это оказалось совершенно ненужным ни нашей разведке, ни МИДу! О какой же стратегии может идти речь?

Кстати, сотрудничество с Индией может быть полезным для нас не обязательно только в военно-оборонительном аспекте. Вот, например, Раджив Сикри рассказал и показал мне документы, как разрабатывалось и нелегко проходило соглашение между Индией и Бангладеш по Гангу, где дело доходило до вооруженных столкновений. И все-таки, дипломаты сумели разработать такой документ, который учитывал все интересы сторон, все нюансы. Они сумели прийти к полному консенсусу и эта проблема больше не вызывает напряженности в этих странах.

Прекрасный опыт, отличные подходы, которые могли бы лечь в основу для выработки договора между Казахстаном и Китаем по трансграничным рекам. Это кого-то у нас заинтересовало? Нет!

У нас с Индией нет общей границы. Но у нас есть века и века тесных связей – еще с эпохи Великих Моголов, да и раньше, со времен Делийского султаната, Индия имеет свои стратегические опасения в отношениях с Китаем. И это тоже необходимо тщательно отслеживать и просчитывать. Особенно в плане солидаризации в Центральной Азии, где при всех противоречиях, личных амбициях вождей и т.д., есть для этого фундаментальная база. Если не солидаризируемся, то очень вероятен трагический сценарий. Мы неожиданно и враз получили независимость и свободу и точно так же враз можем их потерять.

Солидаризируясь, мы смогли бы гораздо эффективней противостоять угрозам как экономического, так и политического характера.

- А как, по-вашему, китайцы изучают Казахстан и учитывают его в своих стратегических прогнозах?

- Они прекрасно изучили нашу страну, наши природные, климатические и экономические возможности. Они очень внимательно отслеживают все написанное и сказанное здесь о Китае. Я это знаю, например, по себе. При встречах с самыми разными людьми из КНР мне говорят о моих выступлениях и публикациях. Иногда с обидой, иногда с уважением. Но никогда не пытаются делать из меня врага, и даже явные оппоненты встречают в Китае как почетного гостя. Отчасти и потому, что китайцы абсолютно уверены – Китай настолько велик и его неотвратимая поступь настолько могуча, что эти булавочные уколы не смогут ему повредить.

- Говорят, что Китай – необычайно закрытая страна. Иностранцу почти никогда не удается проникнуть в его внутреннюю жизнь. Так же, как и в жизнь отдельно взятого китайца… Вам удалось хотя бы приоткрыть «полог»?

- Что неоспоримо – тайные пружины китайской внутренней и внешней политики абсолютно недоступны непосвященным. Даже большинству китайцев, не говоря уже об иностранцах. Об этих пружинах никогда и нигде не пишут и не говорят. Лишь изредка прорываются какие-то детали, из которых складывается мозаика, далеко не полная. Дело в том, что, несмотря на все революционные преобразования в высшей властной иерархии, в Китае уже многие века существуют особые тайные общества, имеющие могущественное влияние на политические решения. Эти общества существовали на протяжении всей истории Китая и в свое время носили весьма лирические названия – «Старцы бамбуковой рощи», «Братство белого лотоса»… И без их одобрения в стране не происходит ничего.

- Что-то очень близкое к нашим агашкам…

- Посильнее, пожалуй. Конечно, в разные периоды истории они имели и разную степень влияния. Вот сравнительно недавнее событие – на площадь в Пекине вышли десятки людей и демонстративно, прямо перед зданием руководства Китая совершили ритуальное самоубийство. Они не выдвигали никаких требований, не провозглашали лозунгов – просто убили себя, и это был какой-то страшный знак, обращенный к власти. Без мучений и страдальческих лиц!

И власть этот знак явно приняла. Ведь членов тайного общества «Фа Лун Гун», совершившего эту акцию, в Китае больше, чем членов компартии!

Но это все тайные пружины власти. А главные цели и задачи никто не скрывает. Их немного. Это демографическая проблема, проблема ресурсов, прежде всего, энергетических, и главный вопрос – жизненное пространство. Когда летишь на самолете из Пекина, понимаешь, что абсолютное большинство территории громадной страны непригодно для проживания. Это горы, это безводные и безжизненные пустыни. Все население, весь миллиард триста тридцать миллионов людей сосредоточены на берегах морей и океанов и вдоль рек в гигантских городах-конгломератах. Эта невероятная уплотненность жизненного пространства и диктует политику.

Не раз, и не два, сопровождая китайцев в поездках по Казахстану, я ловил их взгляды на наши пустые, неосвоенные пространства и понимал чувства, которые обуревали их в тот момент.

- Говорят, что в любой стране хуацяо (китайская диаспора) – это всегда часть Большого Китая, они никогда не ассимилируются и всегда пользуются самой активной поддержкой из Пекина. Несомненно, хуацяо в Казахстане обосновались уже достаточно прочно. Как вы относитесь к этому?

- Китайские диаспоры есть практически в любой стране, они, как правило, самые многочисленные и этот процесс расползания неостановим. Мало того – он очень организован, тщательным образом регулируется и координируется Пекином. Я знаю это не из случайных источников – очень хорошо бывает знать язык другой страны и слышать то, что не предназначено для чужих ушей.

Если, скажем, в Израиле четко организован процесс возвращения диаспоры на землю обетованную, то в Китае столь же чёткая организация, но с обратным знаком. Учитывается все, вплоть до того, что в каждой стране концентрируются хуацяо из определенной провинции, чтобы избежать возможных напряжений, в том числе языковых, поскольку практически в каждой из 22 провинций Китая существует свой диалект. В это вкладываются огромные деньги, которые потом обязательно возвращаются, и не обязательно в финансовом выражении.

Знаете, есть такое понятие у китайцев – «Нин цзюй ли» - сила культурного сплочения. Где бы китаец ни жил, подданным какого бы государства не был – он всегда работает на идею Великого Китая. Эта сила культурного сплочения хорошо просматривается, например, в газете китайской диаспоры, которая издается в Алматы. Я ее читаю и черпаю для себя много интересного, но ничего нового в принципе.

Кстати, китайцы – это неоднородная масса. Там основная этническая группа – ханьцы, но есть еще 55 других этнических групп, от небольших, в 1-2 миллиона, до крупных, в десятки миллионов людей. И все они называют себя «джунгожень». Это как бы аналог «новой исторической общности – единого советского народа», если вспомнить термин недавнего прошлого. Национальная политика в Китае осуществляется последовательно и жестко. Национальные традиции и особенности малочисленных народов («шао шу минцзы») там сохраняются практически на этнографически -культурном уровне. Все остальное подчинено интересам Великого Китая и тут уже никаких национальных корреляций нет.

Этот же принцип, только в еще более жестком виде, сохраняется и в отношении диаспор. Вот такой пример хочу привести. Проводится шоу, которое, по китайской логике должно свидетельствовать о расцвете культуры казахов в Китае. Садят вместе на огромную площадь тысячи домбристов, и они в этом немыслимом оркестре исполняют кюй. И нет организаторам шоу дела до того, что домбра у казахов – инструмент индивидуальный, он выражает мысли и чувства только одного исполнителя. Так происходит подмена, вместо подлинно народного искусства возникает некая масс-культура, этакий истинно китайский пафос множественности. Хотя, как мы знаем, только одной домброй можно легко донести нужную мысль до сотен тысяч людей. Но вот это-то как раз китайцам и не понять!

- Об особенностях китайского менталитета рассказывают немало любопытного. Где-то прочел – «Незнайка», герой детской книги Николая Носова, стал популярным персонажем китайских комиксов. Но у нас это милый и дружелюбный персонаж, а там – тупой безграмотный идиот, отличающийся глупостью и неприличным поведением. Говорят, что в Китае не может быть уважаемым человек, который ничего не знает?

- Скорее всего, это была просто воля китайского переводчика-интерпретатора и не стоит здесь искать какой-то скрытый смысл.

Вообще, что меня особенно поразило в Китае - при всем неоспоримом величии китайской культуры, эта громадная страна полна безграмотных людей. Там очень небольшой процент жителей (правда, от почти 1 500 000 000), которые могут читать и писать. Огромные массы живут, не зная и не интересуясь тем, что происходит вокруг. Их интересы заканчиваются работой, семьей, может быть, спортом. Их общая культура чрезвычайно низка, когда они идут толпой, они громко разговаривают, почти кричат, не обращая внимания на окружающих.

И тут же могу вспомнить город Турфан, книжный магазин, и 10-томный (!) китайско-уйгурский медицинский словарь. Представляешь, десять толстенных фолиантов только медицинских терминов!

Или такое наблюдение, совсем из иной сферы. В китайских хозяйствах часто используют мулов. Это безропотные, очень сильные и выносливые животные – основная тягловая сила и на полях, и на кирпичных и других производствах. Но как китайцы к ним относятся – с какой-то немотивированной жестокостью, даже издевательством.

А в уйгурских селах видишь совсем другую картину. Там основная тягловая сила – ослики. Обычные ишаки. Но с какой любовью относятся к ним уйгуры! Они их гладят, моют, расчесывают, девчонки заплетают в гривы ленточки – совсем другое отношение!

Еще наблюдение - в том же Турфане уйгуры на протяжении веков возделывают землю и соорудили уникальную систему полива с помощью подземных колодцев – кяризов. Это внешне неприметная, но, на самом деле, необычайно сложная и тонкая система, с помощью которой они ухитряются без внешних усилий поднимать воду из низин на вершины сопок. И выращивают там удивительные урожаи винограда, фруктов, овощей.

Что делают китайцы? Они в каких-то своих целях, не думая о местных жителях, бурят рядом с такими массивами артезианские скважины и система перестает работать. Вода самоизливается из скважин, кяризы иссякают, а плодородная земля превращается в солончак. Видели бы вы лица земледельцев… Вот такой «незнайка» в китайском варианте!

- А как вы относитесь к проблеме китайских казахов, коих насчитывается около полутора миллионов? Что лучше – способствовать их переселению на историческую родину, или же, напротив, не сдвигать их с насиженных мест и отсюда оказывать им различную помощь, в том числе и материальную, культурную, развивать связи и т.д.?

- Каждый человек должен все решить для себя сам. Как можно давать советы?

ПОЖАЛУЙСТА, ПРИВЕДИТЕ ССЫЛКУ, ЧТОБЫ БЫЛО МОЖНО СОКРАТИТЬ ПОСТ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ОН БУДЕТ УДАЛЕН! МОДЕРАТОР.

Ответить
местный
10 years ago

В г.Санья, Хайнань за организацию фейерверков будут штрафовать, подробнее здесь:
http://hainanwel.com/ru/hainan-news/100-sanya-fireworks.html

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

2010-08-19 17:16:44 Во всем мире свыше 40 млн иностранцев изучают китайский язык

Руководитель канцелярии Государственной руководящей группы по распространению китайского языка за рубежом /Ханьбань/, генеральный директор штаб-квартиры институтов Конфуция Сюй Линь сказала, что в настоящее время в 94 странах и регионах мира открыты более 300 институтов Конфуция и более 300 классов Конфуция. Количество изучающих китайский язык иностранцев в масштабе всего мира превысило 40 млн человек.

  Об этом сказала она на 10-й Международной конференции по преподаванию китайского языка как иностранного, проходящей 18-20 августа в г. Шэньян -- административном центре пров. Ляонин /Северо-Восточный Китай/.

  Как сообщается, в данной конференции принимают участие свыше 400 человек из 38 стран и регионов мира, в том числе США, Канады, Перу, Австралии, Великобритании, Швейцарии, Японии, Республики Корея, Таиланда и Вьетнама.
http://russian.dbw.cn/system/2010/08/19/000270255.shtml

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Глобализм запредельного 20 августа 2010 года

Философ и переводчик-синолог Владимир Малявин о том, как выучить китайский, зачем ехать в Гималаи и что общего у китайских и библейских священных текстов

Декан факультета русской философии и литературы Тамкангского университета Владимир Малявин перемещается по миру едва ли не со скоростью мысли. Сегодня он читает лекции по русской философии на Тайване, завтра выступает на конференции в Сорбонне, а оттуда может отправиться паломником на Афон. В Москве он на этот раз оказался благодаря «Дао дэ цзин»: столичное издательство «Феория» только что выпустило в свет этот основополагающий для китайской культуры канонический текст в новом, 700-страничном переводе Малявина. Специалисты уже называют эту работу самой исчерпывающей в истории синологии. За чашкой тайваньского улуна в Клубе чайной культуры в саду «Эрмитаж» профессор Малявин рассказал «Пятнице», почему в Москве так мало китайских ресторанов, что русские ищут на Тибете и почему Китай на самом деле не собирается завоевывать мир.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СТАТЬИ: http://friday.vedomosti.ru/article.shtml?2010/08/20/16134

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Житель Китая подарил своей невесте в день свадьбы 99999 алых роз

Житель Китая Сяо Ван приобрел для своей возлюбленной в цветочном магазине 99999 алых роз и украсил ими 30 автомобилей свадебного кортежа.

Таким образом, молодой человек решил привлечь счастье в свою будущую семью, а заодно подарить своей возлюбленной день, который она никогда не забудет.

Сяо Ван и его невеста Сяо Лю праздновали свадьбу в городе Чунцине, куда самолетом была доставлена вторая часть роз.

Такой подарок жених решил сделать потому, что число девять в Китае считается счастливым. Для того чтобы привлечь счастье в семейную жизнь наверняка, Ван также пожертвовал 20% от стоимости роз в один из благотворительных фондов.

Своим романтическим порывом Ван за день обеспечил магазину годовую выручку.

"Я вспомнил, что Лю нравятся алые розы; так родилась идея, которая крепла и крепла. Мои усилия стоили того, чтобы увидеть ее лицо, в тот момент когда у ее дома появились машины украшенные цветами ", - рассказал Ван. По словам Лю, она упомянула, что любит розы около года назад, и была приятно удивлена, что Ван об этом не забыл.

Напомним, ранее сообщалось о китайской невесте из провинции Цзилинь, которая установила мировой рекорд. На церемонии бракосочетания она была одета в фату длиной в два километра и 162 метра.
http://korrespondent.net/strange/1108652

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

20-08-2010 В Китае впервые в искусственных условиях успешно выведен птенец императорского пингвина

Как стало известно корр. Синьхуа в Полярном секторе Даляньского зоопарка, 17 августа в стенах данного зоопарка появился на свет птенец императорского пингвина, состояние которого на данный момент оценивается как стабильное, и уже можно говорить об его успешном выведении. Это первый случай успешного выведения птенца императорского пингвина в искусственных условиях в Китае.

Канцелярия полярных исследований Государственного океанологического управления КНР считает, что это огромный научный прорыв в сфере разведения южнополярных пингвинов для Китая.

Родители маленького пингвиненка были привезены в Далянь в 2008 году с южного полюса, для которых сотрудниками зоопарка были созданы очень близкие с южнополярным климатом искусственные условия среды их будущего обитания. 12 июня с.г. было замечено у ног парочки снесенное пингвинье яйцо. И через 66 дней, наконец, на свет появился долгожданный птенец. В настоящий момент пингвиненок находится полностью на попечении мамаши.

Императорские пингвины -- самые крупные из современных видов семейства пингвиновых, их рост достигает до 120 см и весят до 50 кг. Обитают на льдинах вокруг Антарктиды, но для спаривания и высиживания мигрируют на материк, и очень редко размножаются в искусственных средах.
http://russian.china.org.cn/news/txt/2010-08/20/content_20758564.htm

Ответить
La Lune
10 years ago

21.08.2010 10:56 В Восточном Китае буддийские монахи посостязались в умении тушить пожары Необычное состязание прошло в минувшую пятницу в городе Ханчжоу провинции Чжэцзян в Восточном Китае. Более 60 монахов, прибывших из 11 буддийских монастырей КНР, представили на суд авторитетного жюри свое мастерство тушения пожаров. Глядя, как в рамках выполнения одного из конкурсных заданий непрофессиональные огнеборцы в монашеских одеяниях в секунды потушили сильный пожар, умело управляясь при этом не с традиционными ведрами и баграми, а с современными огнетушителями и брандспойтами, многочисленные зрители не могли поверить, что выступавшие овладели этим искусством всего за один месяц. "Подготовка к этому состязанию потребовала от нас упорных тренировок, - с улыбкой признался один из участников, представляющий на конкурсе монастырь Фаси, - но, думаю, пожарная безопасность наших храмов того стоит". Ханчжоу был выбран для проведения этого мероприятия совсем не случайно. Известный как один из центров китайского буддизма и сосредоточения множества буддийских храмов, город в последнее время обрел другую, печальную славу. Древние и по большей части деревянные культовые строения, где день и ночь воскуряются благовония, более других зданий подвержены опасности возгорания, так что монахи взялись за багры и огнетушители отнюдь не от хорошей жизни. http://www.radiomayak.ru/doc.html?id=198860&cid=45

Ответить
La Lune
10 years ago

21.08.2010 10:29 В Китае появился бизнес по продаже светлячков

Необычный бизнес, основанный на продаже светлячков – насекомых, символизирующих любовь и романтику – набирает обороты в Китае, пишет агентство ANSA. Индустрия подарков, не знающая чем удивить искушенных клиентов, предлагает желающим преподнести светящихся насекомых своим возлюбленным в качестве сувенира.
''Это абсолютно неприемлемая коммерция», – считают представители WWF.
Стоимость одного светлячка в Китае колеблется от €0,50 до €1. Обычно их продают десятками, в специальных темных банках с окошками и отверстиями для воздуха. Однако, как отмечает издание, насекомые, крайне чувствительные к перемене влажности и температуры, нередко гибнут еще до того, как попадают в руки покупателям.
''Я ловлю около 3 тысяч светлячков за один раз, – объяснил изданию продавец. – Порядка 1,6 тысяч умирают по пути в город, что является огромно экономической потерей».
Как отметил коммерсант, особой популярностью пользуются «тропические» светлячки, примечательные тем, что все их особи, слетевшиеся вместе, вспыхивают и гаснут одновременно.
http://www.gazeta.ru/news/business/2010/08/20/n_1536606.shtml

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

2010-08-22 13:27:20 Продолжится ли «царство велосипедов»?

В 80-е годы прошлого века в Пекине доля людей, которые передвигались на велосипедах, достигала 63%, город стал известен по всему миру как «царство велосипедов». Однако, начиная с конца 90-х годов, эта цифра начала сокращаться, и в настоящее время составляет лишь 18%.

Вслед за расширением и развитием городов, количество велосипедистов по стране стремительно сокращается.

С одной стороны, продвигаются идеи «зеленых поездок», с другой стороны, возникают вопросы, связанные с ограниченным местом для велосипедов, отсутствием мест на стоянках и безопасностью. Что является камнем преткновения для «зеленых поездок»? Как лучше открыть новую дорогу?

По мнению заместителя директора исследовательского центра по городскому транспорту НИИ Министерства транспорта КНР У Хунъяна, для того, чтобы привлечь жителей передвигаться на велосипеде, правительству, в первую очередь, необходимо правильно понять роль, которую играют велосипеды в городском пассажирском транспорте.

Велосипедное движение является важной частью городского транспортного движения. В основном на велосипедах осуществляются поездки на короткие расстояния в пределах от 0.5 до 8 км. Одновременно, велосипеды являются средством передвижения, которые помогают людям добраться до пункта назначения, после проезда на общественном транспорте. Двухколесное средство обладает следующими особенностями: низкий уровень загрязнения окружающей среды, низкое энергопотребление, низкое использование ресурсов, низкий процент транспортных происшествий, а также невысокие экономические расходы. Велосипед является средством городского пассажирского транспорта, который носит характер устойчивого развития.

Стоянки для велосипедов являются частью транспортной инфраструктуры, они взаимообусловлены с планированием и обслуживанием велосипедных дорог. О строительстве стоянок для велосипедов, отдельных заграждений, пунктов по ремонту не стоит и говорить, однако отсутствие всего этого прямым образом скажется на снижении удобства при передвижении на велосипедах, а также сокращении его преимуществ в качестве альтернативного транспортного средства. У Хунъян отметил, что развитые страны, пройдя этап стремительного развития легковых автомобилей, постепенно осознали важность передвижения на велосипедах для здоровья, окружающей среды и экономии энергопотребления. В связи с этим, ряд городов таких, как Копенгаген, Амстердам, Стокгольм на правительственном уровне внесли передвижение на велосипедах в планирование городов различных уровней и городского транспортного движения.

На протяжении последних лет многие международные мегополисы постоянно улучшают среду для использования велосипедов, например, сооружают специальные велосипедные дороги, совершенствуют стоянки, улучшают сигналы на перекрестках (?), делают заграждения на стоянках. Все это предоставляет удобства людям для передвижения на велосипедах, а также способствует росту количества тех, кто передвигается на экологичном двухколесном средстве.

На протяжении последних лет в некоторых городах Китая широкое распространение и применение получила аренда велосипедов. Например, перед Пекинской Олимпиадой в городе было построено множество пунктов по аренде велосипедов, однако, возникли другие проблемы, связанные со сложной процедурой проката, высокой оплатой аренды и залогом, а также с тем, что велосипеды можно возвращать лишь в тот пункт, откуда были взяты. Все эти вопросы привели к тому, что аренда велосипедов не получила стремительного и продолжительного развития.

«На благоприятной основе, которая была заложена в Китае еще в прошлом, правительству страны необходимо поощрять развитие велосипедного движения!», - сказал У Хунъян, добавив, что «сегодня в условиях стремительного развития легковых автомобилей, сохранять и повышать высокий процент передвижения на велосипедах – это важная задача для развития городского транспортного движения в Китае в будущем».
http://russian.dbw.cn/system/2010/08/22/000270875.shtml

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

2010-08-22 13:35:19 Путь изысканий специальных экономических зон Китая


Одна из первых Специальных Экономических Зон Китая - Шэньчжэнь

Современном китайском обществе легко сделать политическую оценку о специальных экономических зонах. В течение более 30 лет развитие специальных экономических зон представило очевидные результаты, все больше и больше специальных экономических зон появляется в Китае. Это хорошо доказывает, что СЭЗ – явление положительное.

Со спецификой и без

Более 30 с лишним лет тому назад, после того, как Мао Цзэдун скончался, Китай вошел в стадию реформ и открытости. Однако, как реформировать и как открывать страну было большой проблемой.

Генеральный конструктор политики реформ и открытости Китая Дэн Сяопин после 10 лет молчания и наблюдений был все более и более уверен в политике реформ и открытости. Развитие в замкнутом положении не давало никаких плодов, и старые пути оказались неэффективными для развития страны. Открытость и выход на международную арену давали возможность осуществлять реформирование и развитие страны с помощью международных ресурсов и опытов.

Но как действовать на практике? Прежде всего, было решено выделить зоны с географическими преимуществами в качестве экспериментального поля. Таким образом, на берегу Южно-китайского моря одно небольшое село стало специальной экономической зоной.

Перед СЭЗ встали две актуальные проблемы.

Первая проблема - чем заняться СЭЗ?

Ответ на этот вопрос казался очевидным – специальная экономическая зона должна заимствовать не только иностранные капиталы, но и зрелые опыты и методы, наработанные международным сообществом, в специально выделенном территориальном охвате формировать микроэкономические системы, соответствующие международным стандартам, и, таким образом, обеспечивать экономический рост. Что касается конкретных методов, в специальной экономической зоне зарплата начислялась с учетом реального объема и результатов работы. При выполнении плана сверх нормы полагалась премия. Кроме того, в СЭЗ были введены открытые политики в сфере курса валюты, налогообложения и стыковки национального капитала с рыночной экономикой.

Полный текст статьи: http://www.partnery.cn

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

22 августа 2010 в 14:36 Китайские миллионеры могут оказаться еще богаче

Самые богатые люди Китая фактически могут оказаться ещё богаче, чем заявлялось официально. Об этом говорит отчёт пекинского социологического центра.

China Reform Foundation обнаружила, что теневые доходы богатых китайских семей составили в 2008 году почти полтора триллиона американских долларов. Это сопоставимо с 30 % ВВП страны.

Исследование было проведено по заказу швейцарского банка Credit Suisse. Оно показало, что около двух третей теневых доходов идут в карманы самых зажиточных людей в Китае, которые составляют 10% от всего населения страны.

Исследователи говорят, что проводили опрос только среди тех людей, которых знали лично, чтобы сократить количество неправдивых ответов. Было опрошено более четырех тысяч семей из 19 провинций.

Исследование также показало, что 10% самых богатых семей Китая заработали в 65 раз больше, чем 10% самых бедных. Официальная же статистика свидетельствует, что доходы богатых всего в 23 раза превышают доходы малоимущих слоев населения.

Кроме того социологи обнаружили, что теневой доход в большинстве случаев связан с превышением полномочий и коррупцией в структурах власти. Источники доходов варьируются от манипуляций на рынке ценных бумаг и сделок с недвижимостью до больших премий от государственных компаний и щедрых подарков влиятельным чиновникам и их родственникам в качестве взяток.

Источник: Информационно-дискуссионный портал NEWSLAND

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Самый толстый ребенок в Китае Лэй Лэй идет на мировой рекорд

Китайский 10-месячный ребенок Лэй Лэй (Lei Lei) стал настолько крупным, что теперь весит как 6-летний ребенок.

Малыша уже прозвали “Ребенок Мишлин” по логотипу известных шин, так как будучи такой крохой он весит уже колоссальные 20 килограмм!

По словам его матери, Ченг Кингью, у ее сына был нормальный вес при рождении, но благодаря “волчьему аппетиту” он постепенно превратился в настоящий “надувной шар”.

Она сказала, что независимо от того, что бы он ни схватил, невольно кладет этот предмет в рот из-за того, что постоянно чувствует себя голодным, и его любимое занятие – вовсе не играться, а есть.

Лэй Лэй в настоящее время находится в больнице в Ийянг, в провинции Хунань, южный Китай, где он проходит полное медицинское обследование, чтобы выяснить в чем заключается причина его избыточного веса.

Источник: Живой журнал

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Безрукий пианист Лю Вэй поразил своим талантом на шоу “У Китая есть таланты”

Мечты сбываются на всех талант-шоу в мире, конкурс “У Китая есть таланты” не стал исключением – безрукому пианисту Лю Вэй, который непревзойденно играл на пианино с помощью пальцев ног, весь зал аплодировал стоя Безрукий пианист Лю Вэй поразил своим талантом на шоу “У Китая есть таланты”

Источник: Живой журнал

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Вот это футбол!

Студенты Шаолиньского храма в Денгфенге, Китай, играют в футбол в шаолиньском стиле.

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Китай, туалетный

Общественные туалеты в Китае разделяются на женские и мужские, и это пожалуй все что можно хорошего о них сказать. Часто имеются перегородки метровой высоты или вообще отсутствуют. Часто отсутствуют и двери, не говоря уже о туалетной бумаге. Есть правда туалеты другие, о них то и пойдет речь далее.

Необычные общественные туалеты построили на улицах города Цзинань. Кабинка, встроена в тротуар и появляется в тот момент, когда желающий воспользоваться туалетом опускает монетку в рядом стоящее устройство. Туалет полностью автоматизирован, его уже прозвали "исчезающим". Когда посетитель выходит из кабинки, туалет опускается обратно под землю. Так он остается полностью защищенным от вандалов. К достоинствам можно еще отнести тот факт, что для обслуживания клиентов не нужны никакие кассиры-контролеры, плюс туалет совсем не портит облик города. Такие, кстати, существуют и в Европе, но там они бесплатны. Китайцы же решили сделать на нуждах людей бизнес.

На улицах китайских городов теперь можно встретить товарищей, которые за плату в 4 цента готовы подсказать любому желающему, где находится ближайший общественный туалет. В их трудовых книжках так и записано: «Государственный служащий – туалетный гид!».

В пекинской гостинице "Shangri-La" в 1991 г. туалет был снабжен туалетным боем в униформе отеля, и бой находился там постоянно. Когда вы входите, мальчик приветствует вас на чистом английском языке и выражает радость от того, что вы его посетили. Далее он интересуется, какую потребность вы пришли удовлетворить и провожает вас к соответствующему устройству. Пока вы находитесь в кабинке, он пытается развлекать вас разговором о городе Пекине и его достопримечательностях; он интересуется, побывали ли вы в Императорском дворце, в Мавзолее Мао Цзэ-дуна, и бывает весьма огорчен, если вы не посетили этих мест. Вы можете, помимо всего прочего, получить не только крайнее удовлетворение, но и массу полезной информации. Кроме того, бой помогает вам вымыть руки и предлагает что-нибудь почистить, а также купить карты города и прочую ерунду и провожает вас до двери, которую предусмотрительно распахивает, и вы выходите под возглас "Приходите еще!".

В городе Хангжу открылся недорогой ресторан под названием The Modern Toilet Restaurant, интерьер которого оформлен на ... «туалетную» тему. Присесть здесь вам предложат на унитаз, салфетки подадут в рулонах туалетной бумаги, а есть вам придется из биде. Каждая деталь заведения говорит о том, что вы в туалете, а не в ресторане. Несмотря на такую извращенную модель ресторанного бизнеса, такой же ресторан-туалет, открытый ранее на острове Тайвань, уже пользуется большим успехом у туристов и жителей города Тайпей. Теперь тайваньские предприниматели всерьез задумались о создании целой сети туалетных ресторанов.

В знаменитом монастыре Шаолинь появились модернизированные туалеты с телевизорами. Площадь самой большой из этих роскошных туалетных комнат составляет 150 квадратных метров. Помимо оборудования, необходимого для удобства людей с ограниченными физическими возможностями, в том числе инвалидов по зрению, в каждом туалете теперь есть и телевизор с жидкокристаллическим экраном. На постройку удобств потребовалось $430 тысяч. "Туалеты предназначены для того, чтобы предоставить лучший сервис туристам из Китая и из-за рубежа", - сказал представитель местных властей. Туристы, как и монахи, смогут воспользоваться услугами новейших туалетных бесплатно

В г.Ухань возле главного входа в парк Освобождения открылся подземный «пятизвёздочный» туалет, на который местные власти потратили более 2 млн юаней и который является самым «человечным», т.е. он оснащён всем необходимым для того, чтобы люди максимально удобно могли справлять свои естественные нужды.

После того, как в китайских СМИ появилась эта информация, на китайских Интернет форумах начались бурные обсуждения и критика в адрес властей за то, что они не по назначению используют финансы, следуя политике властей: любыми средствами демонстрировать внешнему миру большие развитие и прогресс Китая.

Китайские блоггеры указывают на то, что в стране, где десятки миллионов людей живут за чертой бедности, власти тратят такие большие средства на постройку туалета, это ещё раз доказывает, что для правящей в стране компартии совсем не важны нужды народа, а на первом месте для неё стоит её престиж и репутация во внешнем мире. Они считают, что это очередная политическая постройка, направленная на «замазывание» глаз западным странам, и «подтверждение» правильного курса развития страны и эффективного правления компартии.

Другие советуют китайским чиновникам прежде чем говорить о «человечности» туалета, съездить в окрестные деревни, повидаться с их жителями, и спросить считают ли они также туалет за 2 млн юаней «человечным».

Ну а в сибири туалеты уже подписывают по китайски. Готовяться к китайской экспансии.

Источник: Живой журнал

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Знаете ли Вы, ...

... что с древности и до сих пор в Китае пользуется большой популярностью прием, именуемый «гром небесных барабанов». С закрытыми глазами накройте уши ладонями, пальцами обхватите затылок, заведите указательные пальцы за средние, а потом одновременно щелкните ими по затылку. В ушах раздастся характерный гул, от которого «пробуждается сознание». Ударьте в «небесный барабан» 12 раз. Особенно хорошо это упражнение помогает снять усталость.

Источник: Живой журнал

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Женский образ в современной живописи Китая. Li Художник Li Guijun.

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

О ширме

История ширмы

Более будуарного и интригующего предмета в обстановке, чем ширма трудно себе представить. Это всегда тайна, легкий намек на жизнь, скрытую от глаз случайного свидетеля. Хотя характер у ширмы, скорее, французский, легкий и шаловливый, а название восходит к немецкому «Schirm», что означает «щит, заслон, защита», родилась она в Китае на стыке мебельного искусства и живописи.

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Сожжение Духа голодного фестиваля

Бумажная статуя китайского божества "Da Ши Е" или "Guardian God Ghosts" при сожжении Духа голодного фестиваля в Kajang вне Куала-Лумпуры, 19 августа 2010 года.

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Милые собачки из Китая... (гохуа)

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Китайский автопром и его дорожное движение

Кто не был в Китае не знает, что водительские права международного образца, как впрочем и российские, в этой стране не имеют силы и не признаются. Всем желающим управлять автотранспортом в Китае необходимо у них переучиваться. Наверное это имеет смысл в Японии или в Англии, где несколько отличны правила, да и полоса движения другая, но то, что переучиваться требуют китайцы меня лично сильно покоробило. И вот почему.
Внимательно наблюдая за системой исполнения дорожных знаков и линий разметки в городе Далян я пришёл к выводу, что правил на китайских дорогах вообще не существует. Знаки и разметка точно такие же как у нас, а правил для исполнения всего этого нет. На китайских дорогах и перекрёстках есть главный принцип: "Кто первым встал, того и тапочки". Пешеходы на китайских зебрах не ходят наглой походкой, как это можно с раздражением наблюдать на наших улицах. Пешеходы на китайских зебрах летают, как фанеры во время бури и при этом нет ни какой гарантии, что этот полёт завершится без последствий. Я ни единого раза не видел, чтобы таксист или водитель автобуса или даже простой водила пропустил бы пешехода не надавив при этом на клаксон, т.е. подгоняя его. Да там пешеходов наверное вообще мало кто пропускает.
Это не единожды. Это всё время. Рейсовый автобус останавливается посредине проспекта и совершает манёвр поворота пересекая при этом две сплошные линии. Создаётся пробка и все сигналят этому симпатяге, а он не в чём не бывало продолжает движение. И вот что особенно порадует наших любителей покупать права - на китайских улицах практически нет ГАИ, а если она и есть, то только после 5-ти вечера, что бы помахать на перекрёстках полосатыми жезлами разводя хватающихся за голову бедолаг водителей рейсовых городских автобусов. Для этих махателей нет ни какой разницы как двигаются авто. По тротуарам, по встречной полосе - всё одно. Создаётся впечатление, что правительство Китая испытывая крайний переизбыток населения махнуло рукой на эту автодорожную войну решив для себя, что чем больше народу погибнет тем лучше для страны. Я разговаривал с несколькими переводчиками китайцами на эту тему и они улыбаясь говорили: "Да. Да. Европейцам кажется, что у нас нет правил, но это такие правила ездить как получится, а иначе при таком население будет дорожный коллапс и при этом все обвинения лягут на плечи правительства, а при таком отношении к правилам водители пеняют только сами на себя". Знаете, мне такая логика даже понравилась.
Ещё я их спрашивал о травматизме на дорогах и мне сказали, что травматизм огромный, что по сути я и сам предположил разглядывая китайские таксомоторы которым 5-6 лет. Эти машинёшки, как правило фирмы фольксваген китайской сборки, в круговую заштукатурены и заново перекрашены на несколько раз.

Читать далее

Ответить
SinoConsulting
10 years ago

Как монахи монастыря Шаолинь бегают по воде

Читать далее

Ответить