Автор Тема: О различных аспектах российско-китайских отношений  (Прочитано 228567 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн elik

  • Заслуженный
  • *****
  • Сообщений: 22222
  • Карма: 80
  • Пол: Мужской
  • Skype: eleke77
Путин прорубает окно в Китай
14:40; 14 Мар 2016

Редкое занятие может объединить в едином порыве либералов-западников и турбо-патриотов. Однако и те, и другие получают какое-то неприличное удовольствие при публичном обсуждении «провалов» внешней политики российского президента. В последнее время настоящим хитом этого направления псевдоаналитического фольклора стал сюжет «Китай кинул Путина! Оло-ло! А мы предупреждали!».

И либеральные, и псевдопатриотические СМИ и авторы смакуют уменьшение товарооборота с Китаем, а также явное отсутствие серьезных финансовых вливаний с стороны китайских банков в российскую экономику. Из этого делается торжественный вывод о том, что путинский поворот на Восток провалился. Эта констатация вызывает у их целевой аудитории просто бурю восторга, однако она никак не соотносится с реальностью.

Есть три популярные теории, объясняющие, почему российскую экономику еще не завалили дешевыми китайскими кредитами.
 
Теория первая: «Пекин — слуга Вашингтона»

Согласно этой теории, которую в равной степени любят российские западники и турбопатриоты, Китай на самом деле присоединился к санкциям против Москвы, и потому китайским банкам дан негласный наказ не кредитовать российские компании, не развивать российские направления бизнеса и вообще делать так, чтобы Вашингтон был счастлив.

Теория прекрасно вписывается в шизофреничный мир людей, которые обожествляют Вашингтон по той же схеме, по которой жители Украины обожествляют Путина. Проблема теории заключается в том, что для Китая присоединение к санкциям против России или, например, Ирана было бы эквивалентно убийству своих собственных геополитических амбиций.
 
У КНР есть три козыря во внешней политике: деньги, деньги и еще раз деньги. Если потенциальные или существующие партнеры КНР в Африке, Азии и Латинской Америке придут к выводу, что Вашингтон может заставить Китай перекрыть кран с юанями, то на следующий день политическое влияние Пекина в мире превратиться в пыль.

Пекин не может себе этого позволить, и это хорошо всем известно еще со времен, когда Пекин продолжал покупать нефть у Ирана, находившегося под санкциями ООН, несмотря на серьезнейшее раздражение Вашингтона и Брюсселя. Собственно, сам факт того, что Иран смог сохранить экономику, несмотря на санкции, — это результат прагматичного упрямства КНР. Теория о «присоединении к санкциям» — бред и чушь.

Теория вторая: «Пекин не уважает Москву»

Эту теорию обожают турбопатриоты, многие из которых почему-то уверенны, что только поведение в стиле пьяного гопника может вызвать уважение у мандаринов КПК. Особенно забавно читать пассажи в стиле «Если бы Путин двинул танки на Киев, то его бы уважали и давали деньги, а так Пекин его списал как слабака и соплежуя».

Конечно, проецировать свои собственные комплексы и убогие представления о международной политике на руководство КНР — это очень приятное занятие, но к реальности оно не имеет отношения. Китай упорно и последовательно, преодолевая огромное сопротивление США, строит систему экономического взаимодействия и интеграции с Европейским Союзом.
   
Главный внешнеполитический проект КНР на данный момент – «Новый экономический пояс Шелкового Пути», который начинается в Китае, а заканчивается в Европе! Это проект для связи Китая и Европы, и вся внешнеполитическая деятельность КНР настроена на его продвижение, в то время как США пытаются создать условия для экономической и логистической изоляции Китая от ЕС.

Россия, которая не может быть надежным и защищенным от американской нестабильности мостом между КНР и ЕС, моментально теряет для Пекина львиную долю стратегической важности. Ну вот захватили бы Киев российские войска в 2014 году, а дальше что? Получили бы холодную войну с ЕС и торговое эмбарго в обмен на сомнительную радость кормления за свой счет нескольких десятков миллионов мечтателей о Евросоюзе и скакунов в кружевных трусиках.

Кому-то такой размен может показаться мощным стратегическим ходом, только вот после него разговаривать с КНР о сотрудничестве можно было бы только стоя на коленях, так как возможность сыграть ключевую роль в осуществлении китайского проекта «Нового Шелкового Пути» была бы утеряна навсегда.

Теория третья: «Пекин ждет, чтобы мы хоть что-то сделали со своей экономикой»

Золотая лихорадка и чем она грозит мируЗолотая лихорадка и чем она грозит миру

Это очень популярное объяснение как в среде либералов, так и среди турбопатриотов всех мастей и разливов. Честно говоря, сложно понять, каким образом в сознании того же Караганова интенсификация китайского финансирования увязывается с изменением российской экономической политики.

Понятно, что многим в российской элите сильно хочется вот прямо сейчас увидеть в России «структурные реформы» в стиле Чжу Жунцзи, который сделал безработными миллионы китайцев из государственного сектора, или накачку экономики деньгами в стиле Вэнь Цзябао, но Китай-то тут причем?

Китай активно финансирует проекты в очень разных экономиках, начиная от примитивных, почти «племенных» экономик Африки и заканчивая сравнительно развитыми капиталистическими экономиками Южной Америки и Юго-Восточной Азии. Китай тем и привлекателен для всех своих партнеров, что не заставляет их проводить экономические реформы (неважно, либеральные или антилиберальные), чем он выгодно отличается от МВФ.

Китайские условия: работать с китайскими поставщиками и периодически показывать фигу Вашингтону — Россия уже сейчас выполняет на ура. Не в реформах дело.

А в чем же дело?

А дело в том, что Китай — это страна с целым пластом влиятельных чиновников и бизнесменов, которых можно условно назвать «китайскими Грефами». У нас в силу идеологической зашоренности патриотической публицистики, которая хочет видеть в КНР исключительно расстрелы и успехи компартии, принято фактически игнорировать важнейший факт китайской реальности — за годы сотрудничества с Западом и построения экспортно-ориентированной модели развития в КНР возник целый класс чиновников и бизнесменов, которые не видят и не хотят себя видеть вне западного контекста и для которых националистическая и независимая политика товарища Си такой же аллерген, как возвращение Крыма — аллерген для российских профессоров ВШЭ. В Китае не зря ведется борьба с «голыми чиновниками» — то есть чиновниками, которые вывезли на Запад своих детей и супругов (причем феномен этот уже давно принял масштабы эпидемии).

Значительная часть «утечки капитала» из КНР, из-за которой сокращаются китайские валютные резервы, — это результат вывоза на Запад «черных» или «серых» денег китайских чиновников, которые уже давно перевезли детей в Канаду или Австралию, пустили там корни, купили бизнес, получили гражданство.

А чего ожидать от поколения чиновников, которое массово смотрело на Запад как на образец, при том что многие из нынешних руководителей среднего и даже высшего звена обучались на Западе? Схема «украл, вывез, сбежал в США» стала до такой степени распространенной, что возвращение (порой в наручниках) бывших китайских чиновников на Родину систематически попадает в список приоритетных тем переговоров между китайскими и американскими лидерами. В КНР даже создано специальное агентствопо охоте за сбежавшими чиновниками, но его точечные успехи еще не вселили страх в китайский госаппарат.

Китайские высокопоставленные «мигранты» работают в тех же сферах, что и их российские аналоги: финансы, экономика, управление государственным имуществом и так далее. Каждый потенциальный «мигрант» тщательно заботится о том, чтобы в его личном деле не было никаких факторов, которые могут помешать его счастливой старости на пляжах Флориды: тибетцев не обижает, уйгуров-мусульман уважает, по проблеме Тайваня старается молчать, о геях — хорошо или ничего.

Логично, что спущенная сверху задача «наладить финансирование» российских госкомпаний, которые ходят под санкциями или могут попасть под санкции, приводят среднестатистического «китайского Грефа» в ужас и панику. Дальше этот ужас перерастает в креативный поиск причин, по которым этого ну никак нельзя делать.

Задача сильно облегчается за счет того, что с российской стороной на переговоры к китайцу приезжает такой же «микро-Греф», только российского разлива. Они поговорят о любимых клубах английской Премьер-лиги; об успехах детей, которые учатся в одних и тех же американских вузах; обсудят цену на американскую недвижимость; а потом вместе напишут отчеты о том, что совместные проекты невозможны или рискованны, или их лучше отложить на неопределенный срок.

По факту получается, что высшее руководство России и КНР пытается чуть ли не насильно заставить западнические части национальных элит понять, что ориентирование на Запад прошло и пришло время работать вместе. Логично, что такие попытки встретят и сопротивление, и даже прямой саботаж.

У российской и китайской систем управления есть одна общая черта — обе системы работают на «пинковой тяге», то есть прогресс достигается исключительно за счет внимания высокого начальства к конкретной проблеме и применению метода «кнута и пряника», в котором пряник давно затвердел и им бьют исполнителей по голове. Примерно это мы и наблюдаем на текущем этапе развития российско-китайского взаимодействия.

Настоящий шок в финансовой среде России вызвало недавнее сообщение о том, что «Газпром» получил от Bank of China кредит на 2 миллиарда евро на 5 лет. Ведь предполагалось, что ни один китайский банк не пойдет на такой риск. По сообщению самого «Газпрома», «это крупнейшая сделка по объему финансирования, привлеченного напрямую у одной кредитной организации, и первое двустороннее кредитное соглашение с китайским банком».

4 марта появилась информация о том, что китайская Sinopec примет участие в строительстве газохимического комплекса в Усолье-Сибирском. Газохимический комплекс в Усолье-Сибирском — это флагманский проект компании «Сибур», на который в том числе выделяется средства из ФНБ.
 
2 марта ЦБ РФ сообщил, что российский Центральный банк и Народный банк Китая провели несколько сделок с российскими и китайскими контрагентами с использованием механизма валютного свопа юань-рубль, что в переводе на русский означает, что центральные банки двух стран перешли от теории (соглашение о свопе было подписано еще в 2014 году) к практике, которая может срочно понадобиться в условиях повышенных рисков для стабильности долларовой системы.

И вот так у нас все. Правильные стратегические решения застревают в сложностях практической реализации, однако совместные усилия обеих сторон позволяют постепенно преодолевать как «синдром Грефа», который присутствует и в РФ, и в КНР; так и обычную для любого сложного начинания неразбериху, совмещенную с традиционным бардаком в головах и проектных документах.

11 марта Путин заявил о своих планах посетить Китай этим летом, и есть обоснованная надежда на то, что этот визит придаст очередной и очень нужный импульс развитию российско-китайского сотрудничества.

Поворот на Восток, анонсированный Путиным, проходит медленно, со скрипом и сложностями, но уже понятно, что его успех неизбежен как восход солнца завтра. При приложении должных усилий, все у нас обязательно получится. Главное — победить образ Запада как «единственного и незаменимого», который засел в головах некоторых чиновников и управленцев.

Автор: Crimson Alter

http://stockinfocus.ru/2016/03/14/putin-prorubaet-okno-v-kitaj/

С более подробной версий дайджеста СМИ о Китае можно ознакомится на личной страничке
В Контакте: https://vk.com/eleke74
С мобильной версией Дайджеста СМИ о Поднебесной можно ознакомится в вичате: Е13825133374



Оффлайн elik

  • Заслуженный
  • *****
  • Сообщений: 22222
  • Карма: 80
  • Пол: Мужской
  • Skype: eleke77
Ради дружбы Путина и Си Цзиньпина
АЛЕКСАНДР ГАБУЕВ, АНДРЕЙ ШАРОГРАДСКИЙ, АЛЕКСАНДР ГОСТЕВ
Cтатья / интервью 16 марта 2016 Радио Свобода

Кредит китайского банка «Газпрому» — это прежде всего экономический шаг, но когда сотрудничают крупный китайский розничный госбанк и крупная, очень близкая к российскому правительству, российскому руководству компания – в этом есть, безусловно, и политический элемент.
Заместитель председателя правления российского концерна "Газпром" Виталий Маркелов на этой неделе обсуждает в Китае ход реализации проекта "Сила Сибири" – магистрального газопровода из Якутии в Приморский край и страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Это совместный проект "Газпрома" и китайской энергетической компании CNPC. За 10 дней до начала переговоров китайский Bank of China предоставил "Газпрому" кредит на 5 лет в размере двух миллиардов долларов. "В истории "Газпрома" это крупнейшая сделка по объему финансирования, привлеченного напрямую у одной кредитной организации, и первое двустороннее кредитное соглашение с китайским банком", – отмечалось в сообщении "Газпрома".

Собеседник Радио Свобода – эксперт фонда Карнеги, китаист Александр Габуев.

– В последнее время самая обсуждаемая тема – низкие цены на нефть, снижение доходов нефтегазового российского монополиста "Газпрома". И тут вдруг Китай дает "Газпрому" крупнейший в истории кредит – 2 миллиарда долларов. Для вас это было неожиданным?
 
– Элемент неожиданности был, потому что китайские банки очень настороженно относились к российским компаниям в последнее время. Но есть несколько факторов, которые говорили в пользу этой сделки. С одной стороны, она большая, потому что это самый большой кредит, привлеченный "Газпромом" от одного банка. Но, с другой стороны, и не самый большой, при синдицированном финансировании пулами банков "Газпром" получал и гораздо больше. 2 миллиарда долларов – это много, но не для такой компании, как "Газпром". Нормальный кредит. Это первое. Второе, "Газпром" все-таки не является компанией, которая находится под санкциями, это не активы Тимченко, не активы Ротенберга, и в данном случае Bank of China никакого международного, западного законодательства, санкционного, не нарушает формально. В-третьих, для "Газпрома" сейчас главное направление – это строительство газопровода "Сила Сибири", соглашение подписано в присутствии Путина и Си Цзиньпина в мае 2014 года.
На китайской части газопровода уже началась укладка труб и сварка первых швов, то есть Китай тоже воспринимает серьезно этот проект. Россия его тоже воспринимает довольно серьезно. Потому что уже разыграны тендеры, более-менее обустроена часть маршрута, и я думаю, что, пусть с задержками по срокам, тем не менее, этот конкретный проект будет реализован. Для Китая его реализация, безусловно, политический приоритет. Поэтому я думаю, что он будет его поддерживать всеми доступными средствами. Есть еще один элемент – в разговорах со многими китайскими экспертами, чиновниками можно услышать, что Китай очень хочет как-то, хотя бы символически или формально поддержать Россию и президента Путина в канун парламентских выборов 2016 года. Возможно, этот кредит тоже является такой формой поддержки России, государственной компании, в которой Владимир Путин очевидно заинтересован.

– То есть это одновременно и политический, и экономический шаг?

– Прежде всего это, конечно, экономический шаг, но когда сотрудничают крупный китайский розничный госбанк и крупная, очень близкая к российскому правительству, российскому руководству компания – в этом есть, безусловно, и политический элемент.

– А "Газпром" этот кредит ставит в зависимое положение от Китая? Если предположить, что "Газпром" оказался в еще более сложном экономическом положении и не сможет выплачивать проценты по кредиту, вернуть эти деньги, какие шаги в таком случае можно от Пекина ожидать?

– Кредит в любом случае ставит заемщика в зависимое положение от кредитора. Потому что придется этот кредит вернуть. В этом плане для "Газпрома" задолженности перед китайским банком или перед международными инвесторами абсолютно одинаковы. Я уверен, что 2 миллиарда не такие большие деньги, тем более "Газпром" – государственная компания, и на нее в любом случае распространяются государственные гарантии. Поэтому я уверен, что в случае какого-либо форс-мажора государство придет на помощь компании. И это все-таки не те 5 миллиардов долларов, которые брали "Роснефть" и "Транснефть" у Банка развития Китая 2009 году.

– Насколько активно сейчас идут работы в рамках проекта "Сила Сибири"?

– В принципе, с российской стороны разыгрываются тендеры, часть тендеров отменяется по соображениям антимонопольного законодательства, но работы идут. Насколько я понимаю, пока говорить об отставании от графика преждевременно. Как это обычно бывает в России, наверное, мы узнаем об отставании от графика к 2017 году, но пока есть очевидная видимость того, что обе стороны, и российская и китайская, намерены проект выполнить в срок.

– Вы сказали, что Китай проявляет большой интерес, для него очень важен этот проект. Но ведь темпы роста китайской экономики снижаются, почему для Китая этот проект остается настолько серьезным?

– Этот проект прежде всего – проект дружбы Путина и Си Цзиньпина. А дружба высокого начальника для Китая сейчас, учитывая возросшую роль верховного лидера в политической системе, не менее важная история, чем для России личные пристрастия ее собственного верховного лидера. С другой стороны, экологическая ситуация во многих китайских городах, конечно, заставляет задуматься о снижении выброса углекислого газа и повышении доли экологически чистого топлива в балансе. В целом по стране сейчас эта проблема решается не за счет увеличения доли газа, а за счет строительства более современных угольных станций или модернизации существующих. Однако очевидно, что, если цена на газ будет низкой – а прибыльность этого проекта для "Газпрома" волнует китайское государство, – то проект "Сила Сибири" может оказаться для Китая достаточно выгодным и интересным именно с точки зрения энергетической и экологической безопасности, – полагает Александр Габуев.
 
Read more at: http://carnegie.ru/2016/03/16/ru-63059/ivg6

С более подробной версий дайджеста СМИ о Китае можно ознакомится на личной страничке
В Контакте: https://vk.com/eleke74
С мобильной версией Дайджеста СМИ о Поднебесной можно ознакомится в вичате: Е13825133374


Оффлайн elik

  • Заслуженный
  • *****
  • Сообщений: 22222
  • Карма: 80
  • Пол: Мужской
  • Skype: eleke77
ПОГРАНИЧНОЕ СОСТОЯНИЕ
Жизнь между Россией и Китаем — в спецпроекте «Ъ»

http://kommersant.ru/projects/china#

С более подробной версий дайджеста СМИ о Китае можно ознакомится на личной страничке
В Контакте: https://vk.com/eleke74
С мобильной версией Дайджеста СМИ о Поднебесной можно ознакомится в вичате: Е13825133374


Оффлайн beijing-service2014

  • Бывалый
  • ***
  • Сообщений: 241
  • Карма: -14
  • Пол: Мужской
РФ пока не готова поставлять ракетные двигатели в КНР
08.04.16 10:51   Экономика
Для начала поставок в Китай ракетных двигателей российского производства пока недостаточно правовых оснований, но решение может быть найдено уже к концу этого года, сообщает в пятницу газета "Известия" со ссылкой на пресс-службу госкорпорации "Роскосмос".
"Мы учитываем, что в настоящее время, в отличие от России, Китай не является участником режима контроля за ракетной технологией (РКРТ), поэтому для организации сотрудничества в области ракетостроения необходимо создать надежную нормативно-правовую базу, - заявили изданию в "Роскосмосе". - Она бы регламентировала обязательства сторон по охране и нераспространению ракетных технологий. У "Роскосмоса" созданы рабочие группы с китайскими коллегами по многим направлениям, и мы ищем решения, которые, может быть, найдем к концу года".

Об интересе к российским жидкостным ракетным двигателям Китай заявил в 2014 году. Китайские партнеры тогда обозначили интерес к нескольким темам, в которых российские технологии занимают лидирующие позиции на мировом рынке: речь шла о большегрузных вертолетах, системах ПВО и жидкостных ракетных двигателях. Со стороны российской промышленности было заявлено о желании получить доступ к электронно-компонентной базе (ЭКБ) класса "милитари" (для использования в военных системах) и "спейс" (радиационно стойкая). После введения технологических санкций со стороны США российские предприятия испытывают трудности с приобретением комплектации для космических аппаратов, из-за этого они вынуждены перепроектировать уже созданные, испытанные и готовые к серийному производству спутники.

Судя по всему, китайцы также пока не нашли достаточных оснований для поставок в Россию ЭКБ нужного российским предприятиям качества. В 2014 году официальные лица государственной промышленной корпорации "Великая стена" заявляли, что власти страны готовы снять ограничения на поставку ЭКБ классов "милитари" и "спейс" в Россию. Но пока то, что поставляется из Китая в адрес предприятий космической промышленности, российских производителей не устраивает - качество китайской ЭКБ сегодня не позволяет использовать эту комплектацию в космических аппаратах.

"Сейчас говорить о поставках ракетных двигателей и о сотрудничестве по ЭКБ рано - сначала наше сотрудничество в этой области должно стать легитимным", - отметили в пресс-службе "Роскосмоса".

По мнению собеседника "Известий" в НПО "Энергомаш", российские конструкторы рассматривали возможность участия в создании линейки новых китайских носителей "Великий поход-5", которые планируется эксплуатировать на новом космодроме Вэньчан. Использование российских технологий, по его словам, позволило бы Китаю преодолеть отставание в 10-15 лет.

"На переговорах вопрос упирался в то, что китайцы сразу сказали, что им нужны не только сами двигатели, но и вся технология их производства, перенесенная в Китай, - отметил собеседник в НПО "Энергомаш". - А такой вариант не устраивал российскую сторону".

 
Источник: ТАСС   
http://www.warandpeace.ru/ru/news/view/110655/

Оффлайн beijing-service2014

  • Бывалый
  • ***
  • Сообщений: 241
  • Карма: -14
  • Пол: Мужской
Закупать российское невыгодно тем, кто принимает решения
Александр Механик
НАУКА И ТЕХНОЛОГИИ / СИСТЕМЫ СВЯЗИ Даже мировые рекорды, поставленные российским высокотехнологичным оборудованием, для российской бюрократии не аргумент.
Теперь все будет китайское

Генеральный директор компании «Т8» Владимир Трещиков
Компания «Т8», или, что лучше соответствует образу этой компании, «Т¥», «Технологии бесконечности», — ведущий российский разработчик и производитель оборудования для систем волоконно-оптической связи, имеет в своем арсенале ряд научных и технических достижений мирового уровня. Она проложила в России и странах СНГ десятки тысяч километров линий волоконно-оптической связи. Неоднократно входила в списки номинантов рейтинга «ТехУспех». Настоящая высокотехнологическая компания. Принадлежит к тому классу средних компаний, которые принято называть «газелями». Казалось бы, есть все, чтобы стать компанией мирового уровня и мирового размаха, должна этому посодействовать и кампания импортозамещения, объявленная правительством. На чем расти и развиваться, как не на родном российском рынке? Но оказывается, все не так просто. Об этом мы побеседовали с генеральным директором компании Владимиром Трещиковым.

— Расскажите историю вашей компании, как она возникла?

— Компания возникла случайно. И если бы мне кто-нибудь сказал, что я стану директором, я бы очень удивился. Проблема, как построить свою работу, возникла, когда я защитился в 1998 году после Физтеха по теме «скоростные оптоволоконные системы». То есть я работаю по специальности.

Почему я занялся проблемами скоростных оптоволоконных систем? Вначале на Физтехе я занимался плазмой на факультете проблем физики и энергетики. Но так получилось, что как раз в то время все достижения Союза по плазме были проданы за границу за бесценок. И так обстояло дело не только с плазмой. Демотивация из-за такого предательства у всех была дикая. Все думали, что нет смысла ничем заниматься, потому что все будет продано за границу. А ведь в девяностые годы огромное количество ученых были готовы работать с высоким качеством. Но этого никто не хотел замечать. Их выкидывали за границу всеми силами. Я много интересовался этим вопросом: почему в России созданы все условия для того, чтобы ученые уезжали за границу? Причем сделали максимально комфортный способ отъезда: получаешь отличное бесплатное образование и увозишь его с собой. Каждый выпускник Физтеха увозит с собой сто пятьдесят тысяч долларов госденег, потраченных на его образование. Я не понимал, зачем это. Вы знаете, что мне ответил один чиновник? «Пусть они быстрее уезжают, они увезут с собой все проблемы. Думающий человек имеет слишком много проблем в своей голове».

Основная часть моих однокурсников, конечно, уехала в Америку, потому что всем, кто защищается на Физтехе, сразу приходит огромное количество предложений поработать за границей. Мне пришло, наверное, пять или шесть приглашений. Но как-то американцы меня неправильно агитировали. Я сделал доклад на конференции в Сан-Диего в 1998 году, и меня тут же позвали на работу: «Зачем тебе возвращаться? Ты же в России живешь, в колонии. А здесь метрополия. Неужели тебе не хочется жить в центре мира?» Я разозлился, и сказал: «Нет. Не буду я на вас работать» — и уехал. Неправильно меня агитировали.

Поэтому пришлось думать, чем заняться. Я решил перейти из физики плазмы в волокно, потому что волокно было очень маленькой задачей и можно было силами буквально нескольких человек что-то сделать. Если сам все контролируешь, то, возможно, удастся пробиться. Я тогда работал в Академии наук, но там платили мало, поэтому параллельно работал на фирме инженером. В частности, мы занимались сваркой оптоволокна по всей России и в Казахстане. В Казахстане оказалось лучше, чем в России, потому что из Казахстана кажется, что именно в России есть высокие технологии. Они говорят: «Это круто, мы их будем здесь применять». Так же как мы в России тоже думаем: «За рубежом высокие технологии, мы их будем применять». В общем, «славны бубны за горами».

И случайно получилось, что в Казахстане у нас образовался проект. Мы делали системы связи для магистральных нефтегазопроводов. Между нефтяными станциями большие расстояния, где-то 200 километров. А системы передачи Cisco работают на 90–100. И возникла задача увеличить расстояние передачи до 200 километров, поставив оптические усилители. Тогда, в 1999–2000 годах, это было в новинку. И я поставил на карту свое имя: когда заказчики обратились к нам за советом, как эту задачу решить, я предложил применить российское оборудование. «Оно, конечно, no name, но я гарантирую, что все заработает». Слава богу, авторитета хватило, заказчики сказали: «Если ты гарантируешь — попробуем». Совместно с компанией «ИРЭ-Полюс» мы разработали необходимое оборудование и выполнили огромные проекты: запустили в общей сумме больше восьми тысяч километров линий.

Я сделал доклад в Сан-Диего в 1998году, и меня тут же позвали на рабо-ту: «Зачем тебе возвращаться? Ты же вРоссии живешь, в колонии. А здесь ме-трополия. Неужели тебе не хочется житьв центре мира?» Я разозлился, и сказал:«Нет. Не буду я на вас работать»
И все бы хорошо, за исключением той мелочи, что с деньгами меня обманули на фирме в Москве, где я тогда работал. Я провел в пустыне два года, думая стать москвичом, заработать на квартиру, но…

Что оставалось делать? Вроде все получается, а заработать не получается, потому что все крадут. Пришлось открыть собственную фирму. И в 2004 году мы открыли свою первую компанию, она называлась «Связь-Электро-М». В 2008-м провели ребрендинг и изменили имя на «Т8». Долго не могли придумать название, «Т8» появилось как «технологии 2008 года», потом уже придумали более красивую расшифровку и положили восьмерку на бок: «Т¥ — технологии бесконечности».

— Что представляет собой ваша компания сейчас?

— Сейчас у нас около 170 человек сотрудников, из них два доктора и 17 кандидатов наук. Нам удалось создать мощный научный центр, который публикует больше статей в лучших западных и отечественных журналах, чем некоторые институты Академии наук, примерно 20–30 публикаций в год. Мы разработали и производим порядка семидесяти различных волоконных приборов, создали лучшую в стране измерительную лабораторию.

Директор одного из фондов как-то спросил, каковы результаты наших разработок. Мы говорим: «Семьдесят блоков за три года». Он пошутил: «Все это от плохого корпоративного управления, недостаточного бизнес-планирования и контроля со стороны инвесторов. Были бы бизнес-планы, было бы корпоративное управление, делали бы как люди — два-три блока в год. А то распустились!»

Почему у нас такой успех? Потому что мы создали организацию с минимальной бюрократией и потому что все руководители ведущих отделов — специалисты, кандидаты наук по своей специальности. И это один из главных наших секретов — удалось поставить профессионалов на места руководителей направлений. Вы много видели в России организаций, где процессами управляет специалист-инженер?

Мы поддерживаем связи с технологическими компаниями по всему миру, когда мы приезжаем в Америку, нас часто спрашивают: кто руководители компании? Мы отвечаем: инженеры. «Тогда мы будем с вами работать». Потому что из России часто приезжает руководитель-управленец, который ничего не понимает в деле, которым занимается. Это парадокс!

— На кого рассчитан основной спектр ваших приборов и систем?

— Связь — это две технологии. Это транспорт — передача информации — и переключатели. Основная транспортная технология в мире — DWDM-системы, Dense Wavelength-division Multiplexing, системы спектрального уплотнения, позволяющие одновременно передавать много информационных каналов по одному оптическому волокну на разных несущих частотах. Мы занимаемся транспортом и делаем как раз когерентные DWDM-системы.

У любого транспорта, будь то транспорт угля или информации, два основных параметра: на какое расстояние и сколько ты сможешь транспортировать. Современные DWDM-системы, например наша DWDM-«Волга», — это 80 или 96 каналов по 100 гигабит в секунду. Если перемножить 100 гигабит на 96 каналов, то получается 9,6 терабит в секунду по одному волокну. Теперь на какое расстояние. Полгода назад мы проделали эксперимент — передача из Москвы в Новосибирск 100 гигабит в секунду на 4250 километров без компенсаторов дисперсии и регенерации в 80-канальной DWDM-системе. Мы впервые за десятки лет создали и выпускаем в России оборудование мирового класса, которое по дальности установило несколько мировых рекордов. Например, мы умеем передавать 10 каналов по 100 гигабит, то есть терабит на 500 километров в один пролет. Сейчас мы хотим увеличить длину однопролетной передачи до 600 километров.

Хочется, естественно, увеличить скорость. В Сколкове мы показали передачу по одному волокну 27 терабит в секунду.

Почему такие когерентные DWDM-системы не делали раньше? Потому что не было компонентов. Нужны хорошие лазеры, нужны очень сложные приемники. Все эти компоненты придумали всего несколько лет назад. Таких лазеров, к сожалению, в России никто не делает, и это проблема. Но эта проблема, я считаю, меньше по своей значимости, чем создание российского микропроцессора для DWDM — когерентного чипа. Это сердце когерентной передачи. Очень хочется, чтобы такие компоненты появились в России уже отечественного производства. Потому что от этого напрямую зависит информационная безопасность государства.

 912-import.jpg
Парадоксальная политика
— А у нас в России есть возможности производить эти компоненты?

— Пока хороших отечественных компонентов мало. Это главная проблема, ссылаясь на которую нас блокируют чиновники. Мы приходим и говорим: «Давайте сделаем оборудование». А нам отвечают: «Мы же не делаем элементную базу. Поэтому давайте возьмем у Huawei оборудование целиком».

На самом деле сделать можно все, нужна только политическая воля. Когда основатель Huawei Жэнь Чжэнфэй пришел к председателю компартии Китая с предложением создать свою компанию, он сказал фразу, которая мне очень нравится и которую я часто цитирую: «Страна без собственного достойного оборудования — все равно что государство без вооруженных сил» — и ему дали колоссальную господдержку. Миллиарды.

Естественно, оборудование у Huawei было хуже, чем у Cisco. Тем не менее китайцы запретили у себя Cisco и оставили в Китае только Huawei. А американцы поступили зеркально, запретили у себя Huawei.

У нас с точностью до наоборот. У нас, когда начались санкции и Cisco перестала поставлять оборудование, сказали: «А давайте, теперь будет один Huawei». Об отечественном оборудовании не подумали. В ответ на это хочется процитировать еще раз эту фразу Жэнь Чжэнфэя.

В первую очередь в стране надо самим разрабатывать и делать именно оборудование. Потому что риски для безопасности в импортной элементной базе на порядок меньше, чем риски в оборудовании. Лазер вас не предаст, а готовая система может быть выключена через систему управления, софт и так далее. Вот почему самое важное — чтобы разработка и изготовление именно систем выполнялись здесь, в России. А у нас в стране парадоксальная политика: на ввоз оборудования у нас нулевые пошлины, а на элементную базу — до 15 процентов.

Во многих странах разработки волоконно-оптических систем связи поддерживаются государством. Например, в том же Китае есть программа «Волоконная независимость». В Японии колоссальная государственная программа развития волоконно-оптических систем с финансированием в миллиарды долларов. Все ведущие страны бьются за обеспечение независимости в системах связи. Потому что в информационном обществе телекоммуникационное оборудование — это оружие. К сожалению, в России ни о чем подобном говорить не приходится. В основном сейчас в России бьются не над тем, чтобы свое разработать, а над локализацией импортного оборудования. То есть как сделать так, чтобы оно с минимальными проблемами вошло в Россию. Ни о какой технологической независимости никто пока не говорит.

— Чем кроме систем связи вы занимаетесь?

— Мы разработали волоконно-оптические датчики для систем охраны. Называются «Дунай». Их можно, например, использовать для охраны железной дороги. Это самая дешевая, самая лучшая система охраны для протяженных объектов. Волоконный кабель позволяет увидеть воздействие на него. Закопали обычный волоконный кабель, ходит человек, а мы можем сказать, где он идет. Оказывается, от шагов возникают такие акустические волны, которые чувствует волокно. Это удивительная технология, но очень сложная. Мы почти десять лет потратили, чтобы это все запустить, создать коммерческий продукт.

Можно сказать, что мы — одна из ведущих компаний в стране в области волоконной оптики. То есть все наши достижения — это волоконная физика и волоконная оптика.

— А есть в стране фирмы, которые с вами конкурируют?

— Мы единственная в стране компания, сделавшая когерентные DWDM-системы. Если создание связного волокна и волоконно-оптических систем — событие, которое на пятьдесят лет изменило системы связи, то когерентные DWDM-системы — это технология, которая все изменила на десять лет вперед. То есть когерентные системы — это прорыв десятилетия. И вот по ним мы единственные в стране.

Российская разработка сегодня дешевле западной
— Вы сказали, что у вас научный центр и много научных публикаций. А в чем, собственно, состоит наука, которой у вас занимаются?

—У нас изучают физику распространения сигналов в волоконно-оптических линиях связи. Эти исследования ведутся давно, но выяснилось, что в когерентных системах сигналы распространяются по-другому и характер искажений сигнала существенно изменился. Пришлось заново изучать оптические эффекты, которые ухудшают качество передаваемого сигнала. Получили практические инженерные формулы, которые можно использовать при проектировании систем связи. Отдел проектирования пользуется разработками наших ученых. Параллельно решается задача минимизации количества элементов, чтобы все упростить и удешевить.

И оказалось, что это реально интересная наука и нам удается быть на мировом уровне. В чем-то даже мы первые, как я сказал уже, у нас мировой рекорд по дальности. Разработка скоростных систем требует знаний. Если бы она не требовала знаний, нас бы уже давно выкинули с рынка.

 912-hiculler.jpg
Говорят, «деньги — кровь экономики»,а сейчас нашу промышленность обескро-вили, она задыхается. Можно сказать,что все сделано для того, чтобы пришлидругие экономики, наполненные кровьюсвоих банков
Полученные нами научные результаты изложены в нашей книге «DWDM-системы». Уже вышло ее второе издание. Наш профессор Владимир Николаевич Листвин, ее основной автор, писал ее восемь лет. Это наш социальный проект. Мы передали его во многие вузы страны, очень хочется, чтобы в России росли профессиональные и востребованные специалисты.

— Какие вы ставите перед собой новые цели — научно-исследовательские, технические, коммерческие?

— Естественно, наша задача — выйти на экспорт, несмотря на все препоны, и эффективно продавать системы за границу. Потому что сегодня российская разработка дешевле западной. Российские люди способны работать за меньшие деньги, создавая лучший товар.

Сейчас мы пытаемся выпустить для российских и зарубежных дата-центров новую перспективную систему. Дело в том, что одна из главных современных тенденций в интернете — развитие крупных дата-центров, идею которых предложил Google, чтобы информацию интернет качал не друг от друга, а чтобы сначала она копировалась в дата-центры, а потом скачивалась уже оттуда.

Вы никогда не задумывались над тем, что в Google информация находится за долю секунды? Как это может быть? Все хранится в оперативной памяти, в гигантских дата-центах, даже не на дисках, не на серверах, а просто в оперативной памяти.

И значит, между ними должно быть огромное количество скоростных систем связи. Оказалось, что это очень хороший, растущий рынок. Рост годового трафика дата-центров — 80 процентов. Он существенно больше, чем, например, рост трафика между людьми, который растет на 20–30 процентов. Это приводит к тому, что интернет-компаниям нужно много таких систем. И скорость передачи — 100 гигабит в секунду — является главным условием.

А мы, как я уже сказал, четыре года назад сделали систему на 100 гигабит, одну из самых лучших в мире. Сразу мировой рекорд, дешево, дальнобойно. Мы попытались в Google ее продать. Google на текущий момент, как мне кажется, самый крупный в мире оператор связи. У него свои трансатлантические линии в огромном количестве. Свои гигантские дата-центры. Все это требует огромных систем, как наша. Мы с ними все проработали, технически все было хорошо, но после это пришел «большой» американец и сказал: «Нет, ребята, извините. Красная кнопка будет в США, никогда Google не возьмет российское оборудование».

Сейчас мы разрабатываем систему, чтобы два терабита в секунду передать с компактного корпуса, одноюнитового. Это система завтрашнего дня, мы очень надеемся, что это будет экспортоспособное изделие.

У российского экспорта в основном две проблемы. Во-первых, экспорт всюду очень сильно поддерживается государством. Почему у компании Huawei такие успехи? Когда она под эгидой правительственной комиссии Китая заключила договор с «Ростелекомом» на 600 миллионов долларов, она была профинансирована правительством на пять лет вперед. Поэтому оборудование они предоставляют заказчикам фактически с нулевой кредитной ставкой. У нас нет такой поддержки и, соответственно, таких возможностей.

Во-вторых, у экспорта волоконно-оптических систем есть дополнительные политические проблемы. В страны Европы и в США из-за них почти невозможно пробиться. О наших проблемах в Штатах я уже рассказал.

Если ваша продукция как-то влияет на работу государства, а связь, естественно, ключевым образом влияет, то все крупные государства стараются о себе сами заботиться. Только в России такая парадоксальная ситуация, что системы связи приобретаются у зарубежных поставщиков. А ведь никто не отменял проблемы безопасности и защищенности передаваемой информации. Скоростные когерентные системы связи всем хороши, но там есть то, что называется «недекларированные возможности» (НДВ), под которыми имеются в виду возможности передачи информации, не контролируемой владельцами систем связи.

— А внутри России — Яндекс, например, Mail.ru — вашими системами для своих дата-центров интересуются?

— К сожалению, в России нет такого менталитета, как в Штатах, где Google всегда сам предпочтет американское или ему вовремя подскажут, что надо брать своих. У нас невозможно себе представить, чтобы Яндекс сказал: «Возьмем российское, потому что оно российское». Наоборот, все говорят: «Я возьму российское, может быть, когда уже все возьмут». Недавно Герман Греф сказал, что он будет брать системы связи от Huawei для Сбербанка. А почему не российские? В Штатах «товарный» патриотизм специально культивируется, на всех уровнях.

— Вы работаете на кредитах или за счет собственных средств?

— Одна из главных причин, почему в России почти нет высокотехнологичных производств, кроме военных: российские банки, можно сказать, не работают для промышленности. Скажем. у Сбербанка парадоксальная политика. Нам он дает кредит под 20 процентов, причем часто даже не дает, отказывает. А если вы переезжаете через границу, то там Сбербанк дает под шесть процентов. И то и то российские госденьги. Я там задал вопрос: а могу я от российской компании взять кредит в европейском отделении Сбербанка? Говорят, нет, не можешь.

 912-graph1.jpg
 912-graph2.jpg
То есть мы финансируем европейскую промышленность, но наотрез отказываемся финансировать свою. Это, конечно, парадокс, который просто поражает воображение.

Конечно, кредиты очень дорогие. И, наверное, это еще одна из главных причин того, что у нас не такие большие заказы, как у Huawei: сегодняшний рынок телекома предполагает очень длинные, большие рассрочки. Китайцы предлагают свое оборудование с рассрочкой на три, пять, шесть лет под три процента годовых. А я прихожу в Минэкономразвития и предлагаю: «Давайте сделаем финансовый продукт такой же». Они стоят насмерть: «Нет».

Говорят: «Деньги — кровь экономики», а сейчас нашу промышленность обескровили, она задыхается. Можно сказать, что все сделано для того, чтобы пришли другие экономики, наполненные кровью своих банков.

Придумать, почему не пустить
— Тем не менее представим, что завтра чиновники спохватились и сказали: все, дальше так жить нельзя. И пришли к вам: «У нас заказ на сто тысяч километров линий».

— У меня такое впечатление, что у наших чиновников другая задача: придумать, почему нам нельзя дать такой заказ. Когда у нас не было сорока гигабит, нам говорили: сделайте сорок, возьмем огромное количество. Мы сделали. Нам сказали, теперь сделайте сто гигабит. Мы сделали сто гигабит, лучшие в мире. Это привело к колоссальным проблемам — как теперь отказать? Друзья из Huawei рассказывают, что наши чиновники к ним обращаются, чтобы они им обосновали, что у нас, у «Т8», плохого. То есть у них самих уже не хватает квалификации, чтобы придумать, чего все-таки у нас не хватает. Последний был аргумент: а вы, наверное, не произведете в нужном количестве. В ответ мы заключили соглашение с крупными российскими заводами. Мы можем весь рынок перекрыть. Проблема не в том, что мы чего-то не можем или у нас плохое качество, проблема в том, что закупать российское невыгодно тем, кто принимает решения.

— Наверное, поэтому вы должны активно поддерживать кампанию по импортозамещению.

— К сожалению, пока импортозамещение в волоконно-оптических системах связи выродилось в замену американского оборудования на китайское. Грубо говоря, были Alcatel и Cisco, а стали Huawei и ZTE. Более того, у нас очень много отобрали заказов в рамках такого импортозамещения. Из-за кампании импортозамещения у нас ухудшились экономические показатели

Причем китайцы пытаются сейчас мимикрировать под российское. Делают то, что я называю псевдороссийским: на китайскую систему переклеивают бирку от «пустой» российской фирмы. Проблема мимикрии колоссальная.

Но я надеюсь, что из-за кризиса государству придется наконец зарабатывать на российских мозгах. Потому что, когда нефть дорогая, то от «умных людей, приносящих много проблем» проще избавиться. Но сейчас придется экономическую модель страны перестраивать и делать что-то по-настоящему.

— Как кризис повлиял на вас?

— Самый хороший для нас был 2012 год, то есть до начала кризиса и до начала импортозамещения. Мы практически сделали миллиард. Выработка на одного человека у нас составила примерно 12 миллионов рублей. А в среднем по радиоэлектронной промышленности России было меньше миллиона. То есть мы были на порядок эффективнее среднего российского предприятия. Сейчас, к сожалению, объемы сильно упали.

Все заказчики режут бюджеты. И на это накладывается тот факт, что сейчас весь рынок очень сильно централизован, политизирован и администрирован. Осталось, грубо говоря, порядка десяти крупных заказчиков. У них всех заключены многолетние и обязывающие контракты на поставку китайского оборудования Huawei. А значит, рынка фактически нет, он просто отдан зарубежным компаниям. Именно это положение дел, а не кризис, главная наша проблема.

Тем не менее мы много работаем и на «Ростелеком», и на другие государственные структуры, есть нефтяники, традиционно Казахстан берет нашу продукцию, тоже нефтегазовые компании.

— Huawei развивалась очень быстро. Она основана в 1987 году и уже к 2000-м стала одной из крупнейших компаний мира в области информационно-коммуникационных технологий. Что нужно сделать нашему правительству, чтобы, например, ваша компания могла стать в России такой же, как Huawei?

— Постоянно помнить сказанное Жэнь Чжэнфэем. Я повторю: «Страна без собственного достойного оборудования — все равно что государство без вооруженных сил». Никто же не сомневается в необходимости иметь свои вооруженные силы.

Если обращаться к мировому опыту, то главное, что создало американскую Кремниевую долину, — это, конечно, госзаказ. Когда едешь по ней, что бросается в глаза? Колоссальное количество объектов инфраструктуры государственных компаний или компаний, живущих за счет государственных заказов: НАСА, Lockheed и многих других. Именно они обеспечивают львиную долю заказов для остальных компаний в Долине.

Поэтому первое: чтобы в России появились свои Huawei, именно наши фирмы, а не Huawei, должны получать российский госзаказ и заказ от компаний, с государством связанных. На чем поднялась Huawei? Только на государственной поддержке. Я периодически в наших министерствах задавал чиновникам вопрос: «Какие вы действия предпринимаете для того, чтобы нас поддержать?» Они удивляются вопросу.

Второе: надо создать условия для тех, кого я называю высокотехнологичными людьми. Сегодня, как мы знаем, такие люди могут жить где угодно, могут сами выбрать себе страну проживания. А в России пока созданы условия для их отъезда. К сожалению, сама идея, что человек, создающий новые продукты или компании, создающий большую прибавочную стоимость, является основой экономики страны, пока еще до нас не дошла.

Третье: должны быть конкурентоспособные деньги. Банки должны работать на нашу промышленность.

Четвертое: поддержка экспорта. Если наши руководители будут продвигать в мире наши высокие технологии, это будет означать, что руководство делает ставку на развитие своей собственной промышленности и тем самым строит независимое государство. Без поддержки собственного правительства продавать телекоммуникационное оборудования такого класса крайне сложно. Мы надеемся на поддержку.

Когда начались санкции и Cisco переста-ла поставлять оборудование, чиновникисказали: «А давайте теперь будет одинHuawei». Об отечественном оборудова-нии и не подумали
— Это программа, что называется, глобальная. Если же говорить более приземленно, то что можно сделать немедленно?

— Сейчас, например, Минкомсвязи сделало, на мой взгляд, очень хорошую программу поддержки отечественного софта. Если удастся сделать такую же программу для поддержки телекомоборудования, будет очень здорово. Это первое.

Второе. В автопроме была отличная программа утилизации. Если удастся запустить такую же программу утилизации телекомоборудования, то есть частично компенсировать затраты на отказ от старого импортного оборудование при условии его замены на российское, это будет великолепно. Причем предоставлять новое оборудование в кредит. Сейчас, фактически, такую программу в России финансирует китайское правительство при условии замены старого оборудования на оборудование от Huawei. Зачастую китайцы выкупают наше оборудование, уничтожают и ставят Huawei. Это к вопросу о поддержке своего бизнеса у нас и в Китае. Но для запуска такой программы необходимо решение правительством финансовых проблем, как и в программе утилизации автомобилей.

Давайте сделаем все это, и у нас появится свой Huawei, и не один. Несмотря ни на что, я сохраняю оптимизм и веру в Россию.


Оффлайн elik

  • Заслуженный
  • *****
  • Сообщений: 22222
  • Карма: 80
  • Пол: Мужской
  • Skype: eleke77
Китай – виртуальный союзник. Пекин всегда руководствуется лишь своими национальными интересами, - А.Храмчихин
10:02 30.04.2016

Как известно, в марте 2014 года, после присоединения Крыма к РФ и введения странами Запада санкций против России, Москва рассчитывала на поддержку, в первую очередь, со стороны Пекина, причем на поддержку как экономическую, так и политическую. Аналогичные расчеты у Кремля были в связи с дальнейшим развитием событий – конфликтом в Донбассе, началом российской военной операции в Сирии, конфронтацией между Москвой и Анкарой. Собственно, весь "поворот на Восток" подразумевал, в первую очередь, очередное "братство навек" с Пекином.

САНКЦИИ ПО ФАКТУ

Все эти надежды Москвы совершенно не оправдались. Она не получила от Пекина никакой реальной политической поддержки. В ходе всех голосований в Совбезе ООН и Генассамблее ООН по вопросам Крыма и конфликта на Украине Китай неизменно воздерживался, как и еще несколько десятков стран. Китай юридически не присоединился к санкциям против России, однако считать это поддержкой нельзя. Дело в том, что те или иные санкции против РФ ввели США, Канада, страны ЕС, Норвегия, Исландия, Лихтенштейн, Швейцария, Черногория, Украина, Молдавия, Албания, Грузия, Япония, Австралия, Новая Зеландия. Всего это 42 страны из 192 стран – членов ООН, то есть 21,88% признанных государств мира. Таким образом, Китай всего лишь оказался в числе 150 стран (или 149, если исключить саму Россию), которые сохранили с Россией прежние отношения.

Сохранение прежних отношений вряд ли можно считать поддержкой, тем более что таких "поддерживающих" оказывается более трех четвертей стран мира, включая, в частности, таких ближайших союзников США, как Республика Корея и Израиль. То же самое можно сказать и про приезд Си Цзиньпина на празднование 70-летия Победы в Москве, поскольку туда приехало значительное количество иностранных лидеров, в том числе и из стран ЕС.

Более того, из всех государств, которые юридически не ввели санкции против РФ, Китай стал, по сути, единственной страной, который ввел их фактически. Пекин рекомендовал китайским предприятиям с госучастием не сотрудничать с крымскими компаниями и не участвовать в каких-либо соглашениях или проектах в Крыму, а также неоднократно отказывался принимать официальные российские делегации от Крыма либо представителей Крыма в составе российских делегаций более широкого формата. Китайские банки (за исключением государственных Эксимбанка и Банка развития) де-факто присоединились к санкциям против России и начали уклоняться от выдачи кредитов российским банкам и другим экономическим субъектам либо резко ужесточили условия выдачи таких кредитов. Кроме того, многих россиян вынудили закрыть счета в китайских банках. При этом все отношения с Украиной Китай сохранил в прежнем объеме.

Товарооборот между РФ и КНР сократился за два года на треть, хотя Москва рассчитывала на его значительный рост. Кроме известного газового соглашения, судьба которого до сих пор не вполне понятна, никаких крупных совместных контрактов между двумя странами по-прежнему нет, как и ожидаемого потока инвестиций из Китая в Россию. Более того, пользуясь экономическими проблемами России, китайские экономические субъекты лишь еще более ужесточают переговорные позиции со своими российскими партнерами, хотя эти позиции и так всегда были очень жесткими.

Достаточно сложно развиваются отношения и в сфере военно-технического сотрудничества. В частности, шедшие более четырех лет переговоры о продаже истребителей Су-35С для ВВС НОАК лишь в этом году завершились подписанием соответствующего контракта, однако он до сих пор не вступил в силу, поскольку не ратифицирован ни российской, ни китайской стороной. В любом случае в нынешнем году реализация контракта уже не начнется, тем более что Минобороны России подписало контракт на поставку дополнительных 50 Су-35С для ВВС РФ, что загрузит производственные мощности завода в Комсомольске-на-Амуре. Совершенно не ясна ситуация с контрактом на поставку в Китай ЗРС С-400, нет даже полной уверенности в том, что он на самом деле был подписан. Впрочем, в данном случае затяжки с подписанием и реализацией контрактов можно, пожалуй, лишь приветствовать.

И ВНОВЬ НЕТ ПОДДЕРЖКИ

Ни малейшей поддержки (хотя бы словесной) не получила Россия от Китая и в связи с ситуацией в Сирии и вообще на Ближнем Востоке. Китай максимально дистанцируется от выражения своей позиции по отношению к воюющим в Сирии сторонам, не оказывая никакой даже символической помощи Асаду и его сторонникам. Более того, фактически Пекин сейчас выступает на противоположной стороне. Это стало окончательно ясно после поездки Си Цзиньпина по Ближнему Востоку (визиты в Саудовскую Аравию, Египет, Иран) в нынешнем году. Председатель КНР вполне явно выразил свою политическую поддержку Саудовской Аравии, одному из главных противников Асада. Он поддержал саудовскую "борьбу с терроризмом" (что само по себе крайне забавно: Эр-Рияд против терроризма – это все равно что "пчелы против меда") и интервенцию в Йемен, в ходе которой саудиты и их союзники убили уже до 10 тыс. мирных жителей при, мягко говоря, незначительных военных успехах. Переговоры же Си Цзиньпина в Тегеране, который является одним из основных союзников Дамаска и йеменских хуситов, свелись к экономическим вопросам. Во время выступления перед представителями ЛАГ в Каире Си Цзиньпин осудил любое иностранное военное вмешательство в дела Ближнего Востока, очевидно, имея в виду и российскую операцию в Сирии. Единственное действие России в Сирии, которое Китай приветствовал, – вывод основной части авиационной группировки в марте 2016 года, что в контексте его позиции вполне естественно.

Более того, в момент максимального обострения отношений между Москвой и Анкарой после уничтожения турецким истребителем F-16 российского бомбардировщика Су-24 Пекин заявил о строительстве в рамках проекта Шелкового пути транспортного коридора в обход России – через Азербайджан, Грузию и Турцию с дальнейшим подключением к нему Украины. Этот путь длиннее, чем через Россию, при этом крайне неудобен из-за необходимости переправ через Каспийское и Черное моря. К тому же он проходит через зоны конфликтов в Закавказье и Центральной Азии. Тем не менее Пекин его очень активно развивает. Таким образом, здесь налицо либо прямой вызов Москве, либо полное демонстративное пренебрежение ее интересами.

КОРЕЙСКАЯ ПРОБЛЕМА

Достаточно своеобразная ситуация складывается сейчас и в отношении ядерной программы КНДР. Фактически сейчас имеет место сговор Вашингтона и Пекина с целью свержения режима в Пхеньяне путем его экономического обрушения (поэтому и проект резолюции Совбеза ООН с резким ужесточением санкций против КНДР они разработали совместно). При этом как Вашингтон, так и Пекин надеются после этого поставить Северную Корею под свой полный контроль, то есть после свержения Ким Чен Ына интересы США и КНР станут противоположными, но до этого момента они совпадают. Москва категорически не заинтересована в подобном развитии событий, но она оказалась не готова в одиночку наложить вето на резолюцию Совбеза ООН о санкциях против КНДР (хотя и пыталась оттянуть ее принятие). Пожалуй, это самая большая внешнеполитическая ошибка Москвы за последние годы. Голосовать за эту резолюцию было вдвойне недопустимо потому, что Россия сама находится под незаконными санкциями. И постоянно говорит о том, что любые санкции вообще контрпродуктивны. В отношении корейской проблемы это совершенно справедливо, только почему-то в данном случае Москва забыла о собственных заявлениях. При этом очевидно, что санкции приведут лишь к дальнейшему ужесточению позиции Пхеньяна, что уже и происходит в реальности.

ВРЕМЯ ИСПЫТАНИЙ

Интересно, что перед своим визитом в Москву в марте этого года министр иностранных дел КНР Ван И на сессии ВСНП заявил, что взаимоотношения Китая и России "вполне могут выдержать любые испытания международной ситуации", есть основание считать, что "общая тенденция к всестороннему развитию китайско-российского сотрудничества не может измениться под влиянием каких-либо временных негативных факторов". Таким образом, было прямо признано, что российско-китайские отношения проходят через "испытания" и через "негативные факторы".

Таким образом, реальные отношения между Москвой и Пекином становятся все сложнее, но официальная риторика остается прежней: обе стороны успешно продолжают рассказывать остальному человечеству о беспрецедентно хороших отношениях между собой. Нет никаких сомнений в том, что в обозримом будущем данная ситуация сохранится. Но в какой-то момент скрывать реальность за риторикой станет невозможно.

Причем удивляться здесь совершенно нечему. Китайские официальные лица за последние два десятилетия многократно повторили одну и ту же формулу – отношения с Россией не являются союзническими и не направлены против третьих стран. И эта формула полностью отражает реальную позицию Пекина. Он не будет ссориться с Москвой ради Запада, но в точно такой же степени он не видит ни малейших оснований ссориться с Западом ради России, тем более что объем товарооборота Китая с США и ЕС даже не в разы, а на порядки больше, чем с Россией.

Точно так же Пекин не видит никаких оснований ссориться ради Москвы с Киевом. Украина весьма интересна Китаю как "мост" в Европу (причем в обход России), как источник некоторых военных технологий и плодородных земель, которые Пекин очень хотел бы арендовать. К крымскому прецеденту Китай относится крайне неоднозначно. С одной стороны, он может посчитать себя "Украиной" в свете наличия проблем Тайваня, Тибета и СУАР. С другой стороны, он может по мере дальнейшего роста своей комплексной мощи выступить и в роли "России", причем "Украиной" окажется, не исключено, как раз Россия. В любом случае официально Крым российским Пекин не признал.

НЕФТЯНОЙ ВОПРОС

Противостоящие друг другу на Ближнем Востоке Саудовская Аравия и Иран входят в тройку крупнейших поставщиков нефти в КНР. При этом от монархий в целом Китай получает значительно больше нефти, чем от Ирана, так что уже хотя бы поэтому ссориться с ними он не собирается. С Анкарой у Пекина уже много лет складываются очень тесные многосторонние отношения, в том числе в сфере военно-технического сотрудничества. Поэтому он абсолютно не собирается конфликтовать ни с монархиями, ни с Турцией ради Асада, судьба которого, как и Сирии в целом, Пекин не волнует. Как не волнует и проблема борьбы с исламским терроризмом, хотя Пекин давно и успешно записал себя в его "жертвы". Все хорошо помнят, что в 80-е годы США, Саудовская Аравия и Пакистан создали "Аль-Каиду" (запрещенная в РФ террористическая организация) для борьбы с советскими войсками в Афганистане, но почему-то все забыли, что еще одним участником этой антисоветской коалиции был в то время Китай. Синьцзяньский сепаратизм носит исключительно национальный, а не религиозный характер, но Пекин успешно создал миф об исламском экстремизме уйгуров, вписавшись тем самым во всемирный мейнстрим "борьбы с международным терроризмом".

Таким образом, ни по Крыму и Украине, ни по Сирии интересы Китая совершенно не совпадают с российскими. Соответственно Москве было бы странно ожидать от Пекина поддержки. Предъявлять ему претензии по этому поводу тем более странно – власть любой страны обязана руководствоваться национальными интересами этой страны, а не какой-то другой. В частности, Пекин как действовал, так и впредь будет действовать в китайских, а не в российских интересах. Интересы эти совершенно разные, поэтому никакого союза между нами нет и никогда не будет. Очень странно лишь то, что этого не понимают в Кремле. Здесь, кстати, практически полностью повторилась история с российско-турецкими отношениями: Кремль много лет умудрялся не замечать того факта, что геополитические интересы Москвы и Анкары (особенно после прихода к власти Эрдогана) не просто разные, но и диаметрально противоположные. И умудрился очень удивиться сбитому турками над Сирией Су-24.

Китай нашего самолета не сбил. Но, пожалуй, только этим разница между ним и Турцией и исчерпывается. И то только пока.

Об авторе: Александр Анатольевич Храмчихин – заместитель директора Института политического и военного анализа.
29.04.2016

Источник - нво

С более подробной версий дайджеста СМИ о Китае можно ознакомится на личной страничке
В Контакте: https://vk.com/eleke74
С мобильной версией Дайджеста СМИ о Поднебесной можно ознакомится в вичате: Е13825133374



Оффлайн Nematahariya

  • Заслуженный
  • *****
  • Сообщений: 1416
  • Карма: 105
  • Пол: Женский
Пролетая мимо Китая
Почему не удается резкий поворот на Восток

30.05.2016
 
Поворот на Восток, о котором последние два года так много говорили оптимисты, как оказалось, не может быть выполнен быстро. Для ряда российских компаний попытка переориентироваться с Европы на Китай обернулась убытками, потерянным временем или даже банкротством. Тем, кто все же намерен идти на китайский рынок, придется пересмотреть взгляды на мир.

АЛИСА ШТЫКИНА

Во время запланированного на июнь визита президента Владимира Путина в Китай будет подписано "много документов практического свойства", сообщил замглавы МИДа Игорь Моргулов. По его словам, речь идет о "десятках документов", некоторые из которых будут посвящены энергетическому и военно-техническому сотрудничеству. Характерная деталь: дипломат избегает слов "контракт" и "соглашение", ограничившись куда менее обязывающим термином "документ".


А в конце того же июня северокитайский Тяньцзинь на три дня станет местом притяжения мировой политической и бизнес-элиты: там пройдет "Летний Давос-2016". Насколько известно "Деньгам", ожидаются заметный российский "десант" и попытка стимулировать деловое сотрудничество с регионом.

Нефть — всему голова
Экономическое сотрудничество России и Китая много лет строилось по схеме "сырье в обмен на товары широкого потребления". Апофеозом стала мегасделка 2013 года, когда "Роснефть" заключила 25-летний договор с КНР о поставках нефти на $270 млрд, $60 млрд компания получила авансом. Правда, тогда цена на нефть была больше $100 за баррель.

Кроме нефтяных поставок Россию и Китай связывали военные контракты и возведение "Росатомом" двух блоков Тяньваньской АЭС, но это были скорее исключения, причем не всегда удачные. Так, только воля высшего руководства спасает российско-китайский проект по строительству тяжелого вертолета от закрытия, ведь за восемь лет работы стороны не двинулись дальше согласования требований к нему, говорил на панели клуба "Валдай" в рамках Недели российского бизнеса (НРБ), организованной РСПП, Василий Кашин — специалист по Китаю из Высшей школы экономики.

Основы поворота на Восток российские власти заложили еще в 2012 году: во Владивостоке прошел саммит АТЭС, для привлечения инвестиций создали Министерство по развитию Дальнего Востока. О желании "поймать "китайский ветер" в паруса российской экономики" в предвыборной статье в феврале 2012-го заявил кандидат в президенты РФ Владимир Путин.

Окончательно идея "поворота" оформилась два года назад — после присоединения Крыма и введения санкций. Наладить несырьевую торговлю c Китаем и странами АТР российские власти собирались и раньше, но события 2014 года значительно ускорили этот процесс, отмечает заведующий Школой востоковедения Высшей школы экономики Алексей Маслов.

Дело за малым
Введение санкций и антисанкций сильно ударило по малому и среднему бизнесу, работавшему с европейскими странами. Около 40% компаний в поисках новых партнеров и поставщиков повернули на Восток — в Китай, Вьетнам, отчасти в Малайзию, но чуда не случилось. До 80% фирм понесли убытки и вынуждены были уйти с китайского рынка, кто-то даже разорился, говорит директор Центра стран Азиатско-Тихоокеанского региона МИРБИС Наталья Печерица. "Точное количество дать никто не сможет. В основном это были небольшие компании по поставке товаров широкого потребления, одежды, аксессуаров, сантехники, комплектующих для бытовой техники, пищевых продуктов, отделочных и строительных материалов, мебели,— перечисляет она.— Средние и крупные фирмы работали с автомобилями, запчастями и машиностроением".

Данные Минэкономики, впрочем, "не подтверждают факты ухода с рынка и рост числа банкротств компаний. Безусловно, в отдельных случаях уходы с рынка возможны, но мы не считаем, что они были массовыми",— сказала "Деньгам" представитель министерства Елена Лашкина.


Сразу же вслед за российским правительством интерес к Китаю проявил крупный бизнес, однако разобраться в ситуации ему, судя по всему, пока не удалось. Первый успех пришел сразу, но продолжался недолго. Два года назад, в мае 2014-го, "Газпром" и CNPC, которые более десяти лет безуспешно пытались договориться о поставках газа в Китай, подписали 30-летний контракт на $70 млрд, предполагавший поставку 38 млрд кубометров газа и строительство газопровода "Сила Сибири".

В 2015 году прошло несколько знаковых сделок: в сфере энергетики — проект "Ямал СПГ", в химической промышленности — покупка Sinopec 10% ПАО "Сибур Холдинг"; консорциум частных китайских инвестиционных фондов выкупил 13,3% акций Быстринского проекта ГМК "Норильский никель", перечисляет Лашкина. В 2015 году En+, компания "Ланит", правительство Иркутской области и китайские Huawei и Centrin Data Systems подписали соглашение об открытии Центра обработки данных в Сибири. Он должен заработать этим летом. Хранилища данных будут обрабатывать информацию китайских компаний (80% мощности центра), но контрольный пакет остается у россиян.

Объявив развитие Дальнего Востока своим приоритетом, российские власти в надежде на азиатские инвестиции упростили процедуру регистрации и полностью освободили компании от налогов на территориях опережающего развития (ТОР) в регионе. Сейчас на работу в ТОР поступило 130 официальных заявок от инвесторов на 452,7 млрд руб., еще 64 заявки на 152 млрд руб. инвестиций поданы на проекты в Свободном порте Владивосток (китайский и японский капитал), рассказала "Деньгам" представитель Минвостокразвития.

При участии китайских инвесторов в ТОР Амурской области построили завод по производству и переработке цементного клинкера (общая сумма инвестиций — 1,6 млрд руб.); строится НПЗ (будет перерабатывать 6 млн тонн нефти в год), перечисляет она. В стадии строительства — железнодорожный мост в Китай через реку Амур (цена работ — около 10 млрд руб.).

Совместные проекты с Китаем — большое достижение, но пока их бюджеты исчисляются десятками миллионов долларов, это очень мало, указывает Маслов из ВШЭ: "Главный вопрос — куда будет реализовываться эта продукция, учитывая падение рынка в России и Китае,— пока открыт".

Подъем с падением
Бизнес это понимает, его волнуют небольшой объем взаимных инвестиций и нечеткие контуры будущего сотрудничества. "Мне не очень понятна и неизвестна сквозная идея российско-китайского сотрудничества. У нас итог накопленных китайских инвестиций в Россию порядка $8 млрд, российские инвестиции в Китай не дотягивают до $1 млрд. Объема мало",— говорил на панели клуба "Валдай" НРБ РСПП вице-президент ПАО "ГМК "Норильский никель"" Андрей Бугров.

За 2014 год КНР инвестировала в Россию менее $800 млн, меньше 1% общего объема иностранных инвестиций КНР (более $116 млрд в 2014 году). "Весь прошлый год прошел в ожиданиях инвестиций из Китая, которые не оправдались. В 2015-м стороны подписали несколько протоколов о намерениях на десятки миллиардов, но фактически в Россию поступил только $1 млрд, это многих насторожило",— отмечает Маслов.

Китай всегда предлагал России быть частью его транспортного проекта "Шелковый путь" (поставки китайской продукции в Европу через Транссиб), Россия отказалась участвовать в нем на условиях КНР

На фоне заявлений и встреч на высшем уровне упал товарооборот между двумя странами. С 2014 года он снизился более чем на треть, но в структуре двусторонней торговли есть позитивные изменения: в российском экспорте выросла доля машинно-технической продукции, приборостроения (рост на 35%), активизируется торговля сельскохозяйственной и пищевой продукцией (рост на 26%), оптимистична Елена Лашкина. Кроме того, доля Китая в российском товарообороте выросла с 10,5% в 2013 году до 12% в 2015-м и до 14% в первом квартале 2016-го, отмечается в презентации ректора РАНХиГС Владимира Мау "Глобальная трансформация и вызовы для экономической политики России". Как и многие, он считает одним из основных факторов ситуации в мировой экономике "замедление экономического роста в КНР и переориентацию китайской экономики с инвестиций и обрабатывающего промышленного сектора на потребление и развитие сферы услуг". А значит, с макроэкономической точки зрения особых перспектив для роста экспорта российского сырья в Китай просто нет.

Глобальная пробуксовка
Понимания, как работать с Китаем, видимо, нет и у властей. Кто-то из чиновников говорил об экономике, кто-то о политике, но единой концепции разворота на Восток не было, считает Маслов. В начале февраля глава Минэкономики Алексей Улюкаев вообще заявил, что никакого разворота нет: "Когда говорят, что российская экономика в ответ на санкции переориентируется на Восток, это неверно. Мы никуда не переориентируемся. Мы просто хотели бы иметь более прочную основу для развития. Это просто исправление дисбалансов".

Пока получается не очень. Глобальные проекты в Азии каких-то ощутимых результатов России не принесли. Не работает придуманная в России концепция сопряжения, говорит Маслов. Сопрягать разработчики собирались ресурсы Сибири, Дальнего Востока и Китая и развивать тем самым промышленное сотрудничество. Предполагалось, что Китай будет использовать Транссибирскую магистраль для поставок своих товаров через Россию в Европу, но КНР не вложила деньги в ее реконструкцию, и проект не удался, поясняет Маслов: "Эта теория не учитывала национальную психологию китайцев. Китай всегда предлагал России быть частью его транспортного проекта "Шелковый путь" (поставки китайской продукции в Европу через Транссиб), Россия отказалась участвовать в нем на условиях КНР".

Более 90% протоколов о намерениях с китайцами не доходят до уровня договора, из оставшихся 10% менее 3% начинают реализовываться, а до финальной стадии добираются единицы

Масштабный проект "Сила Сибири" начал пробуксовывать из-за привязки цен на газ к стоимости нефти, которая за это время упала в три раза, сейчас стороны не могут договориться о финальной цене газа, и, скорее всего, проект заморозят на долгий срок, а потом и вовсе откажутся от него, прогнозирует Маслов.

На успех в ближайшее время можно надеяться только в связи с созданным в Китае Азиатским банком инфраструктурных инвестиций, в который Россия должна вложить $6,5 млрд. "Это крупнейший юго-восточный банк с рабочим капиталом $100 млрд. Вложив деньги, страна получает возможность использовать их на инвестирование на своей территории в развитие интернета и транспортных узлов. Это даст финансовую подпитку данным проектам",— говорит Печерица.

Трудности перевода
Малые и средние компании, вынужденные уйти с китайского рынка ни с чем, неполученные миллиарды крупного бизнеса, пробуксовка глобальных проектов — у этих неудач одна природа. Россия не знает, как подступиться к Китаю. Наши компании выходят на китайский рынок без должной подготовки, сказывается нехватка специалистов по Китаю, как это было в начале 1990-х при работе с Европой, считает Василий Кашин. Наши бизнесмены недостаточно осведомлены о возможностях и условиях работы в азиатских странах, согласна представитель Минэкономики.

Китайцы работают на долгосрочную перспективу, и, прежде чем выйти на контракт, нужно провести не менее шести-восьми встреч, россияне этого просто не понимают. "Они не знают, как инвестировать, как репатриировать капитал, как защитить свои технологии от воровства,— перечисляет Маслов.— Россияне выходят на китайской рынок без лоббистской подготовки (надежного партнера в Китае) и свободных средств. Китайцы никогда не отказывают сразу, они смотрят, что им предлагают, это может длиться 6-12 месяцев, после чего российские компании либо уходят ни с чем, либо разоряются". Кроме того, россияне чересчур серьезно воспринимают протоколы о намерениях, в то время как китайцы готовы заключать их по любому поводу. По словам Маслова, более 90% протоколов о намерениях с китайцами не доходят до уровня договора; из оставшихся 10% менее 3% начинают реализовываться, а до финальной стадии добираются единицы. В финансовом плане российские компании, работая с Европой, обходятся 30-процентной предоплатой, но китайцы требуют 100% оплаты, а "наши не привыкли, чтобы им диктовали условия", свободных денег у них сейчас нет, добавляет Печерица.

Что делать
При работе с Китаем крупный бизнес рассчитывает на господдержку. Движение есть, уверен Бугров из "Норникеля": комиссия первого вице-премьера Игоря Шувалова определила порядка 60 проектов на сумму около $20 млрд, перспективы в Азии огромны, говорил он на НРБ РСПП. У России есть повод для развития сотрудничества с Китаем — это оборонная промышленность, добавляет Кашин. "Мы очень хорошо включены в китайские производственные цепочки в качестве поставщиков двигателей, электронных компонентов, механики, материалов, исполнителей ключевых научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Это основная часть нашего сотрудничества, на фоне санкций это стало действительно двусторонним движением (поставки из Китая) и может создать точки роста",— прогнозирует он.

Снижение курса рубля сделало российские товары и услуги более доступными и привлекательными для иностранных партнеров, говорит представитель Минэкономики. "Российские поставки в Китай ограничиваются несколькими десятками миллионов долларов, пока это не промышленные масштабы, но хорошо, что они начались. Первые значительные результаты мы увидим в 2017 году, но сейчас многие переговоры с Китаем проваливаются из-за неадекватного экспертного обслуживания выхода на сделку",— продолжает тему Маслов. По его словам, Россия запаздывает выходить на восточные рынки, а падение экономики КНР приведет только к удорожанию китайской рабочей силы. Его рецепт — смена стратегии и разработка небольших точечных проектов, на которых можно наращивать объемы.

Помочь бизнесу решили в бизнес-школе "Сколково": в декабре 2015 года здесь стартовала образовательная программа "Разворот на Восток: китайская стратегия для вашего бизнеса", которая пользовалась большой популярностью у бизнесменов, говорит Елена Лашкина. По ее словам, такие программы необходимы и могут повысить эффективность работы российских предпринимателей на азиатском направлении. Главное, чему надо научиться нашим бизнесменам,— перестать видеть в КНР развивающуюся страну, не смотреть на китайцев свысока, принять их условия игры, советует Наталья Печерица. Нам, с нашим 51-м местом в рейтинге Doing Business, смотреть на N19 рейтинга и по совместительству первую экономику мира (по ВВП по паритету покупательной способности) свысока и правда странно.

Но если даже в "Сколково" начали преподавать уроки китайского бизнеса, то, может быть, еще не все потеряно. В общем, старый советский анекдот, в котором "оптимист изучал английский, пессимист китайский, а реалист — автомат Калашникова", давно пора пересмотреть: нынешним оптимистам без китайского никак не обойтись.

Журнал "Коммерсантъ Деньги" №21 от 30.05.2016, стр. 11

Единственное, что неизменно,- это перемены))) И-Цзин

Оффлайн rossiyanka

  • Бывалый
  • ***
  • Сообщений: 149
  • Карма: 0
  • Пол: Женский
Уважаемые коллеги, нахожусь в поиске хороших статей о российско-китайских торговых отношениях на китайском.  Именно статьи, публицистика, научные работы. Хочу почитать для себя. Ищу , но  много воды и ерунды. Возможно, кто-то тоже этим увлекается! Буду весьма признательна за ссылки на качественные и интересные источники. Интересует все, что связано с ВЭД: логистика, таможня  и прочее.....
13640817735
alinachina8@rambler.ru
alina_china8@sohu.com
Skype:  alina_china8
ICQ: 413104085



Человек желающий найдет 100 возможностей, человек нежелающий – 100 причин.

Оффлайн Дом Российско-Китайской Дружбы

  • Зарегистрированный
  • *
  • Сообщений: 12
  • Карма: 0
  • Пол: Мужской
Уважаемые форумчане предлагаем Вам интересный ресурс об отношениях между Россией и Китаем Вы сможете в чистом виде не только  увидеть на нашей официальной странице Дома Дружбы России и Китая последние новости, но и принять участие в обсуждении итд. Ваше мнение важно для нас. 
https://www.facebook.com/russchina/
Приветствуем Вас !
С Уважением Дом Российско-Китайской Дружбы.
Мы предлагаем дискуссионную площадку, где каждый имеет право голоса своего собственного мнение, своих идей итд. так как именно от всех Вас развитие нашей страны.